Подушечки пальцев слегка покалывало: виртуальная клавиатура была старенькой и плохо держала заряд. Еще один запрос. И еще. В каждое отделение из возможных, по списку, не пропуская.

Адреса друзей Сандра не трогала. Друзья уже одолжили ей сколько могли. На эти деньги мать сейчас лежит в клинике. Но на операцию... на пересадку специально выращенных легких... даже если продать все нехитрое имущество Сандры, денег не хватит! Много ли того имущества у простой школьной учительницы?..

У бывшей учительницы, Сандра. У бывшей.

Потому сейчас и идут отказы – один за другим.

Будь у нее по-прежнему работа, кредит бы взять удалось. Да, предстояли бы годы каторжной работы и отказа себе во всем, но маму бы удалось вытащить...

Но директор, сволочь, нашел момент сводить счеты. Ударил в спину.

Увольнение можно оспорить по суду, там есть к чему придраться, причины спорные. Но процесс затянется не на один месяц, а мама-то умирает уже сейчас!..

Вспыхнул значок вызова. Сандра тронула его кончиком пальца, не взглянув даже, откуда вызов. И тут же об этом пожалела.

На панели связи возникло лицо ее директора... ее бывшего директора. И на лице этом была написана ярость... Написана, да? Она костром полыхала у него на роже!

– Это твоих рук дело, сука?! – взрычал директор.

– Добрый день, мистер Монлисс, – очень вежливо и спокойно ответила Сандра. – У вас что-то произошло? Вы, похоже, слегка нервничаете.

Она знала, что директор с трудом переносит ее ровную учтивость.

– Что-то произошло? А ты и не знаешь, мерзавка?.. Я не спущу тебе это с рук, и не надейся! Он же новенький был, только купленный! Я на тебя полицию натравлю!

Вызов прервался, физиономия Монлисса исчезла. Сандра вздохнула и поморщилась: даже здесь, в жилом модуле верхне-среднего уровня («приличный сектор, доброжелательные соседи, три отдельных спальных места и кухонный блок пять кубических метров, а главное – тройная система очистки за символическую доплату…»), воздух отчетливо отдавал сухой горечью горелого пластика.

Вполне можно догадаться, из-за чего шум. Кто-то из бывших учеников Сандры решил отомстить за любимую учительницу. В школе много ребят с нижних ярусов – отчаянные, предприимчивые, дерзкие и ничего не прощающие...

Сзади отъехала в сторону дверь, на порог шагнула Дейзи, расплетая на ходу светлые косички.

– А я зна-а-аю, почему он кричит! – загадочным тоном сообщила она.

– А вам не кажется, юная мисс, что подслушивать чужие разговоры нехорошо?

Слова старшей сестры не смутили Дейзи. Она продолжила таинственно:

– У него неизвестно кто поджег кар. Хороший такой кар, «золотой танцор».