– Со старухой.
Пятьсот опытных солдат, избивающих женщин… Кровав же их бог, но эти уже никого не убьют.
– Вы находились в сговоре с командором Сургоса?
Белолобые уставились на Хайме, как на помешанного. Командор удовлетворённо опустил и поднял голову в старинном шлеме. Кивнул.
– Почему вы не дошли? – вернулся к допросу импарсиал.
– Нас предали.
И их тоже? Похоже, в наше весёлое время все предают всех.
– Кто же?
– Луи Бутор и его шлюха. Король Лоасса – Иуда. Он думал, что замёл следы, но Господь поднял меня из могилы, чтобы я сказал: Луи Бутор послал нас на смерть. Предатель дал знать папистам, и они под видом охотников встретили нас в холмах. Мы потеряли людей и время… долг не дал нам отступить, мы смели вражеский заслон и двинулись вперёд, но у монастыря нас ждала армия.
– Почему вы обвиняете своего короля?
– С нами был его друг, граф Крапу. В последнем бою он ударил меня в спину и бежал. Младшие офицеры погибли раньше. Солдаты остались одни. Уцелело семеро. Я был без сознания, но ещё жив. Меня убили на месте первой схватки. Крапу знал, что уцелевшие будут отходить старой дорогой. Он нас ждал, он и два десятка…
– У каждого свои иуды, – вмешался Маноло, – но остановили вас обычные охотники.
– Ложь.
– Неужели вы меня не узнаёте? Вспоминайте. Вы стояли на обочине и смотрели, как добивают бойцов в латах, я вышел из кустов. Один. Я шёл вас убить…
– Сгинь! – Щека лоассца дёрнулась. – Наваждение Сатаны, это не можешь быть ты!
– Это он, господин полковник, – внезапно сказал младший, – я вспомнил. Жак выстрелил в него и попал, а он всё равно… Я не помню, что было дальше, но это он!
– Кара, – прошептал господин полковник, – это кара за то, что я подвёл маршала… Не знать, где козни Сатаны, а где – истина. Не знать вечно…
– Господин полковник! – закричал парень. – Вы сделали всё, что возможно, вы не виноваты…
– Я не исполнил приказ, – безнадёжно сказал офицер, – я виновен, но, Господи, за что ты караешь малыша Роже? И он, и его отец служили тебе, возьми же его к себе…