Что ещё за «касание»?… Это нечто очень знакомое, но я не мог понять, что это такое.

Причём это слово явно не из моей памяти. Стоит отметить, что я совершенно свободно разговариваю на неизвестном мне языке, а родной русский в свою очередь напрочь забылся.

— Евгений Тихонов, в твоём прошлом мире были сверхъестественные силы, называемые простыми людьми словом «магия»?

— Нет.

— Значит самолёт это некое техническое изобретение? Интересно-интересно… Но сейчас у меня нет времени это обсуждать. Ты знаешь кто я?

— Гералин Твайс. Старший шиноби первого ранга.

Имя и звание всплыли в памяти сами собой, хотя изначально я не понимал, кто стоит передо мной. Твайс очень уважаемый человек нашего хокумата (военного города) Холсбери. Но при этом мои сверстники и я сам его остерегались. Он внушал определенный страх.

Вот это да!.. Незаметно для себя я стал считать жизнь Августа Браума своей собственной!

— Значит память Августа тебе всё же передалась. Это хорошо, ведь иначе мне пришлось бы тебя убить. Думаю, было бы неприятно погибнуть второй раз за день.

Твайс сделал лёгкое движение рукой, и верёвки, сковывающие меня, пропали. Я упал, не в силах удержаться на ногах. Мышцы онемели из-за передавленных артерий.

Осторожно и не очень уверенно я поднялся на ноги. Держаться стоя могу, хоть это и тяжело.

— Евгений Тихонов, у меня есть к тебе очень простое и очень выгодное предложение. Ты молчишь о том, что я воскресил тебя из мёртвых, и о том, что настоящего Августа Браума больше нет. Ты должен унести эту тайну с собой в могилу. Никто, АБСОЛЮТНО НИКТО не должен знать о сегодняшнем дне. С тобой не происходило ничего странного. Ты должен продолжать жить так же, как жил Август Браум, не сильно выделяясь своим собственным характером. Никто не должен иметь даже тени подозрения, что ты другой человек. Это понятно?

Гералин Твайс говорил очень жёстко и хлёстко. Что будет в случае отказа я уже догадывался…

«Касание воскрешения мёртвых» строжайше запрещено. Если кто-то узнает о том, что сделал Твайс, то ему грозит смертная казнь, несмотря на все прошлые заслуги. Разумеется, Гералин убьёт меня, если правда вскроется.

Но соглашаться на этот «взаимовыгодный договор» я не спешил. Меня интересовал один очень важный вопрос.

— Я навсегда в мире? Могу ли я вернуться обратно? К своей жене и сыну…

— Забудь об этом. Даже если ты вберешь в себя все знания шиноби, ты не сможешь вернуться. Это невозможно. Для тебя есть два пути — либо жить так, как я обозначил, либо же умереть.

В горле встал ком. Сердце отозвалось болью в груди, а глаза заслезились.