(Император) — Знаю, что сердишься на меня за волчицу. Передай ей мои извинения, просто моя нервная система ещё не окрепла после чистки. С трудом могу сдержать себя, но в твоём присутствии это не требуется. Незачем скрывать желание и нечто более приземленное. Я про похоть золотце. Про неё.

(Елена) — Сама виновата. Угрожать кому-то вроде Агре, значит подписать себе приговор. Но впредь, будь вежливее. Просто она ещё мало знакома с нашими обычаями. Хороший вечер, надеюсь он только начался?

(Император) — Когда я ограничивается прелюдией? Поверь мне, отдаться искушению, без сопротивления, не стоит того, чтобы получить наслаждения. Так же привычка лучшее дело.

(Елена) — Значит в чёртов ресторан, затем пройдешься по казармам, представляясь новичкам. А закончится тем, что вернёмся в твои покои и посмотрим старое видео с тем, как ты выигрываешь очередное сражение, устилая дорогу телами противника. Мне нравится.

(Император) — Наши покои. Просто, никак не решусь вставить картины за стекло. Люблю смотреть на них в первозданном виде, без бликов. Они бесценны, а твоя шерсть убивает данную черту.

(Елена) — Значит дело только в картинах? А мне казалось в открытой связи с лунной базой. Просто после того как, мать Вероника застукали нас во время акта, ты стал выгонять меня по ночам, когда она активнее всего давит на тебя.

(Император) — Я никому не позволяю помыкать собой, даже тебе. Но она. Она, скажем так, у неё стальной характер.

(Елена) — Это точно. Вероника пошла в тебя. Империум бы не вынес двух таких гигантов злостности мысли.

Император ехидно улыбнулся и встал в полный рост, который был чуть меньше размера деревьев, стоявших рядом с ним. Он протянул руку в верх и достал яблоко с ближайшей ветки. Оно было красное и сочное, явно в самом соку. Сделав небольшой укус, он выплюнул его и хотел раздавить, но Елена остановила его и забрало плод. Сделав укус, она испытала наслаждение. Его сладость была неописуема. Плутовка доедала яблоко, не понимая, чем оно не понравилось Рамону. Закончив с ним, она кинула взгляд непонимания.

(Император) — Яблоки должны быть кислые и твёрдые. Ненавижу их мягкость и сочность. Так было всегда, рад что тебе нравится. Лучший сорт. Во дворце их много, потом можешь взять для Вулфи.

Через пару часов в казармах особого отряда.

Лаура и Кандо сидели за небольшим столом, разделяя между собой бутылку дешёвого виски из запасов кота. Волчица с трудом держала в руках рюмку, боль от нажима утихла, но всё ещё была достаточной, чтобы не мочь её игнорировать. Она смотрела на братца, который был рад тому, что Император поставил на место заносчивую особу. Но всё же, кот дал ей немного обезболивающего, чтобы унять боль. После того, как алкоголь был опустошен, парочка собиралась разойтись, но их внимание привлёк Эузебио. Жук выскочил из своей лаборатории и не отрывая взгляда, смотрел на главные ворота казарм. Лаура поинтересовалась, что вызвало такой жгучий интерес, но Эузебио проигнорировал данный вопрос, оставаясь на месте. Кандо позвал сестру продолжить начатое в его берлоге, но ворота открылись. Через несколько мгновений в стены казарм вошли Урия и Моомон. Оба чемпиона направились к жуку, чтобы переговорить наедине. Через минуту общения, Че Агре одел маску с респиратором и вместе с жуком отправился в его лабораторию. Урия остался с наружи, крутя барабаны своих револьверов, пока не заметил наблюдающую за ним парочку. Чемпион подошёл к Кандо и протянул ему руку, на что кот ударил по ней и притянул оборотня в свои объятия. Через мгновение кот предложил старому другу развеять скуку за рюмкой, пока два бесчувственных тельца занимаются своими бесчеловечными делами. Немного подумав, Урия принял предложение и уже через минуту чемпион пал до уровня жителей здешних стен, с рюмкой в руке.