Вероника сидела на детском стульчике, обхватив ладошками кружку с какао. Фурундарок пристально на нее посмотрел и сказал:

— Это отвратительно. Дети не должны быть колдунами. Хотя бы научите ее пользоваться этой силой… но даже в этом случае мне вас жаль. Такое могущество бесконечно ее развратит, и она плохо кончит. Возможно, именно так начнется Пятое Вторжение, что меня, конечно, не может не радовать.

— А разве ты не предпочитаешь сидеть дома и спокойно заниматься хозяйством? — спросил Майно.

— Иногда мне почему-то мешают! — зло глянул на него демолорд.

Когда он наконец удалился, мама и в самом деле претворила угрозу в жизнь. Астрид поставили на колья… вернее, на сухой горох, потому что колья надо было еще сделать и вкопать. Мама пообещала потом этим заняться, а пока что вспомнила наказание, которое в ее родном мире применяли в добрые старые времена, когда дети были куда благовоспитанней.

— Ма-а-ам, я больше не буду! — проныла Астрид, украдкой лопая горошины. — Можно я не буду стоять… на горохе?!

— Это тебе вместо горы золота! — откликнулась мама из гостиной. — Еще чего выдумала — использовать сестру для обогащения!

— Что б ты потом делала с этим золотом? — спросил и папа. — Призванное золото в Мистерии не принимают!

— Что?.. — растерялась Астрид.

— Ну а ты думала? Да куча волшебников умеет его призывать. Если б его принимали, оно б давно стоило дешевле меди.

Пока Астрид не слишком смиренно принимала кару, а Вероника хныкала в углу, Майно и Лахджа в очередной раз обсуждали, что со всем этим безобразием делать.

— Слушай, может, Кустодиан ее примет? — устало предположила Лахджа. — Хотя…

— А что сделает Кустодиан?

— Не знаю, помещение предоставит, следить будет…

— Корониевую камеру? Снова возвращаемся к тому же? Мы отлучились всего на часок. Она почти все время у нас на виду, но… эх.

— Лучше б она была пиромантом. Или телекинетиком.

— Ага, чтоб она, играя, усадьбу зашвырнула на Луну? Дар такой мощности в таком нежном возрасте — это катастрофа в любом проявлении.

— Даже у целителя?

— Ну разве что. Но и то… целители, знаешь, не только лечат.

— Может, немтыря заставить за ней ходить?