Через десять минут на столе появился высокий стеклянный кувшин, заполненный доверху гранатовым соком. И тарелка с большим куском слоённого торта.

— Наслаждаешься жизнью, обжора? — раздался громкий голос со стороны входа в кафе.

Тихий поднял голову и улыбнулся.

— Привет, Ларс. Давненько мы с тобой не виделись.

— А по чьей вине, Яр? Можно подумать, это я сбежал ото всех, и спрятался не пойми где.

— Ты же знаешь, что я не просто так сбежал.

— Знаю, поэтому и не обижаюсь, — Олафсон уселся на стул, и налил сок в пустой стакан, который специально для него принесла официантка. — Давай уже, начинай хвалиться своими похождениями.

— Ларс, ты вроде спать хотел, а мой рассказ займёт много времени.

— Ничего, я уже проснулся. Рассказывай.

— Точно? Ну, тогда слушай…

* * *

Прошло полтора часа.

Олафсон очень внимательно слушал Тихого, молча и не перебивая.

— Вот, так я и выяснил, что моя девушка, оказывается, больше не моя, — закончил свою историю Яр.

— Я даже не догадывался о том, что вы с Картер встречались.

— Так, мы, можно сказать, и не встречались, она самостоятельно назначила меня своим парнем. Поэтому, не скажу, что сильно расстроен случившимся. Если бы это был не Йоргенсен, а кто-то другой, я бы, честно, только порадовался за влюблённых.

— Забудь об этой парочке. Они недостойны твоих переживаний.

— Просто, понимаешь, Ева точно в курсе того, что творил этот придурок, когда его папочка занимал пост адмирала Третьего Флота. Даже её собственная сестра в своё время пострадала от этого мерзкого типа. И Виктор Борден, хороший друг их семьи, тоже натерпелся от издевательств Йоргенсена старшего, когда служил под его началом…

— Ты знаешь, что отец Ханса умер недавно?

— Впервые слышу об этом. Я как-то не следил за его судьбой с того самого момента, как его сослали в колонии.