Светлый фон

Мэри замечает мой фокус внимания. Ее лицо краснеет еще больше. Хотя, это кажется невозможным. Отпускает край футболки, указывает на меня пальцем и обвиняющее заключает:

— И продолжаешь пялиться!

Да, что же такое?! Она ночами меня разглядывает голышом, и нормально. А тут случайно наткнулся… С первой встречи все наше общение через одно место! Достало! И претензии ко мне достали!

— Да! — отвечаю ей, делая шаг вперед и продолжая пожирать ее глазами.

— Что, да? — немного теряется она.

— Продолжаю пялиться, — твердо проговариваю я.

Ее глаза расширяются от возмущения. Ну, и пофиг. Да, я пялюсь. Это правда. И от этой правды никуда не деться. А почему мне это должно доставлять какие-то неудобства?

Вообще никак не должно! Я честен перед собой и окружающими.

Делаю еще один шаг навстречу Мэри.

Та, видя мой уверенный взгляд и приближение, немного робко и озадаченно спрашивает:

— А почему п-пялишься?

— Потому, что не могу ни пялиться! — жестко отвечаю ей.

— А? — девушка выглядит еще более озадаченной.

— Ты себя видела? Ты представляешь, на сколько красива и соблазнительна? — продолжаю напирать я. — На тебя невозможно не смотреть. Да, я каждую встречу тренирую силу воли и дух, пытаясь отвести от тебя взгляд.

Мэри внимательно вглядывается в мое лицо. Ее алеющие пухлые губы чуть приоткрыты. Меня с неимоверной силой притягивают…

Я уже вплотную стою с ней рядом. Наши лица чуть ли не касаются друг друга. Глаза ее блестят. Тону в них. Начинаю тянуться к губам девушки. И она понимает, что я сейчас собираюсь делать.

Резкий рывок…

Мэри сама впивается мне в губы. А я обхватываю ее тело и вжимаю в свое. Она делает так же. В нашей с ней вселенной пропадают такие понятия, как время и пространство. Разум утерян. Губы неразрывны, словно сливаются в единое. Мои руки, кажется, за пару мгновений успевают исследовать каждый участок на ее теле и продолжают скользить в попытке насытиться этим. Но не получается. Мне мало. Аппетит приходит во время еды. Я жаден…

Сквозь занятые поцелуем губы и глубокое частое дыхание, Мэри еле слышно произносит:

— Не здесь…