— Что-то ты сегодня немногословен, — сказала она, прикасаясь такими манящими, яркими губами к стеклу бокала. — Обычно не остановить… Хорошо. Тогда начну я. Хочу поблагодарить за то, что спас в том проклятом доме, и что хоть вёл себя местами как скотина, но работать с тобой было интересно. Может, ты и правда изменился?

— Я говорил про это не раз, но ты не хотела слушать.

— Послушаю сейчас. Давай сравним твои слова и мои наблюдения.

И тут меня прорвало! Не знаю, сколько времени я рассказывал о том, как сожалею о прошлом, насколько она мне дорога и как бы хотел всё изменить. О том, что мне не нужна никакая власть, а только любимая женщина рядом, как скучаю о ней и ещё много чего, что копилось в душе. Вывалил практически без остановки, поражаясь самому себе, насколько подобная исповедь была мне необходима. Наконец, окончательно выдохшись, заткнулся на полуслове, чувствуя, будто только что всю кожу с себя снял.

Ирисия расслабленно сидела с лёгкой улыбкой на спокойном лице и неторопливо попивала вино.

— Удивил! — соизволила произнести она, после небольшой паузы. — Теперь вот думаю, что тебе ответить. Нет! Мне действительно очень понравилась твоя речь и даже… Но сейчас не об этом.

Неожиданно встала, подошла ко мне и склонилась, приблизив своё лицо.

— Знаешь, Ликк… — почти прошептала она. — Однажды я пообещала себе, что обязательно снова тебя поцелую… Сама… Тогда, когда придёт этот час. Не поверишь, но сейчас именно он.

И вот её губы впиваются в мои с такой страстью, что я взрываюсь от наслаждения, отдавая себя полностью этому поцелую. Её пухлые, такие вкусные губы, острые зубки и жар тела просто сводят с ума. Я в другой вселенной, в которой больше нет никого! Только я и Ирисия! Это не должно заканчиваться! Это должно длиться вечно!

Но как я ни молил богов о продолжении, в какой-то момент она отстранилась от меня и выпрямилась. Потом торжествующе посмотрела, провела указательным пальчиком по губам и сказала:

— То, что надо! Достойное завершение… Стража! Ко мне!

Ещё не пришедший в себя, оказываюсь на полу с заломленными назад руками. Четверо бугаёв из охраны эканганды, профессионально зафиксировали тело, не давая и шанса оказать сопротивление.

Ирисия садится на корточки, чтобы быть в зоне моей видимости и продолжает:

— Я дала себе обещание поцеловать перед тем, как отомщу. Чтобы ты запомнил этот переход от наслаждения к падению в пропасть.

— Уже запомнил, — говорю, пытаясь собрать мысли в кучу. — Тем более, вспоминать недолго придётся. Как решила убить, эка?

— Убить? Нет, Ликк! Ты будешь жить. Надеюсь, долго и с позором. Признаться, я до сих пор чувствую к тебе извращённое чувство любви. Бежала от него, вытравливала всеми способами, но не отпускает. Представляешь, хотела даже простить несколько раз! Если все твои слова, что ты сегодня мне наговорил, правда, то тебе предстоят подобные ощущения. Заодно и посмотрим, насколько ты сможешь продолжать невинно хлопать глазами и улыбаться, зная, что перед тобой та, которая прилюдно унизила. Поверь, то ещё испытание.