— Что ты задумала?

— Невинную шалость! Под утро тебя голым прикуют посреди рыночной площади и обольют дерьмом… Не бойся — всего лишь свиным. Пришедшие торговцы не только Гратилии, но и заморские, застанут занимательную картину, которую тут же живописно разнесут по всей столице и за её пределы… Уверена, что ещё и приукрасят! Что бы ты замечательного ни сделал после этого, но все будут помнить лишь её. Не удивлюсь, если в исторические хроники попадёт рассказ про дерьмового ридгана.

Советник Безопасности от твоих услуг не откажется — ему к паршивой репутации подчинённых не привыкать, а высокая власть уже не будет светить. Сам понимаешь, что любые попытки стать канганом после такого позорища бесполезны. Здесь я тоже себя обезопасила, так как не уверена, что все твои хитрые игры с Тенями ещё не закончились. Теперь ты им будешь не интересен — хоть наизнанку вывернись!

— Договориться нормально не получится? — спрашиваю её, не надеясь на положительный ответ.

— Может быть… — ухмыляется Ирисия. — Только не сегодня. Если найдёшь в себе силы повторить сегодняшнюю речь, то приходи в гости. Когда будем равны в обидах, как сказал один умный человек, тогда и поймём друг друга. До этого ну вот никак не получится! Прощай… Или до встречи! Как сам захочешь!

* * *

Придя к себе, Ирисия устало опустилась на диван. Дело сделано… Только почему-то внутри нет чувства удовлетворения. Словно она отомстила не прошлому подонку Ладомолиусу, а совсем другому человеку. Его слова, его признания задели за живое, и с трудом удавалось сохранить правильное выражение на лице. Ликк говорил немного путанно, запинаясь, теряя мысль, но с жаром, так, как будто бы сокровенное из себя вытаскивал.

Сердцем чувствовала, что не врёт, но ум отказывался верить, подсовывая мерзкие картинки из прошлого. А что, если он действительно настолько изменился? Что, если она сейчас совершила непоправимую ошибку?

Нет! Это надо было сделать! Даже если Ликк и стал другим, то она сама жить не сможет, зная, что отступила, малодушно отменив начатое! Лучше жалеть об ошибках, чем мучиться от незавершённости! Может, Ликкарт тогда по-настоящему поймёт её боль! Сможет справиться с ней — станем пусть и не друзьями, но не врагами… Кагнаном в любом случае ему не быть — отец на такое не согласится никогда!

До самого утра эканганда изводила себя мыслями и сомнениями, то оправдывала, то оправдывалась за свой поступок. Лишь лёгкий стук в дверь прервал эту мысленную пытку.

— Ваше Повелительство, — равнодушно сказал вошедший телохранитель. — Приказание исполнено, все условия соблюдены. Ридган Ладомолиус на рыночной площади.