— Полностью они о нем не забыли, — ответил старику Эрик. — До сих пор среди людей суши ходят легенды о морском народе, русалках, как они их называют. Но в эти легенды не слишком-то верят.

— Это хорошо, — задумчиво протянул Нуун. — Если они не будут знать, что мы существуем, они не станут охотиться на нас, — а потом он задумчиво прибавил, глядя на Эрика. — Хотел бы я, чтобы в твоих жилах не было ни капли крови людей суши. Боюсь, что твое появление навлечет на нас неприятности.

— Нет! — уверенно воскликнул Эрик. — Я люблю ваш народ! Я не причиню ему вреда.

— Да, отец, Эрик один из нас, — уверенно объявила Аана. — Наша кровь сильнее, чем кровь людей суши. Иначе почему он оставил сушу и отправился нас искать?

— Так-то оно так, — повел плечами Нуун. — И я вынужден приветствовать тебя, как одного из нас, хотя в жилах твоих течет кровь людей суши.

Так Эрик стал одним из людей моря. И ему стало казаться, что дни потянулись без счета. Он не ощущал течения времени.

А все потому, что он очень полюбил этих осторожных и скрытных людей моря. Кроме того, их кровь текла в его венах, и Эрику казалось, что подобное существование — настоящий рай.

Днем он часами вместе с Ааной рассекал теплые зеленоватые, залитые солнечным светом воды. Иногда они отправлялись исследовать подводные леса губок, заплывали в мрачные гроты, где вечно покачивались морские веерные кроны и высокие стволы ветвистых пурпурных кораллов тянулись вверх, словно мексиканские кактусы, а над садами сверкающих анемонов с нежными лепестками колыхались гроздья окрашенных на концах щупалец.

Вместе с Чолом, Ааной и другими людьми моря Эрик охотился на больших рыб, составлявших основу меню подводных жителей. Мчался за ними с сетями, сплетенными из морских водорослей, в то время как рыбы пытались ускользнуть в мерцающую зеленую тьму глубин. Но порой морских людей подстерегали опасности: осьминог или кальмар выползали из коралловых пещер и нападали на людей.

В своем простом, «детском» существовании люди моря много времени проводили за игрой. И вокруг деревни коралловых пещер постоянно носились их дети. Иногда они пулей неслись вверх, выскакивали на поверхность и, проведя несколько секунд на непривычном для них воздухе в лучах яркого солнца, падали назад в зеленоватые глубины, чтобы продолжить безумные гонки. Старики иногда делали им замечания, потому что всегда оставалась опасность, что где-то поблизости могут оказаться корабли людей суши.

Однако Эрик больше всего любил светлые ночи, полнолунья, когда чистые воды были ярко освещены и не существовало опасности встретить тварей из глубин. Тогда морскому народу не нужно было прятаться в коралловые пещеры. Окрестные воды превращались в черно-серебристый волшебный мир магии, трепетного лунного света, и за каждый пловцом тянулся мерцающий след. В такие ночи морские люди любили плавать парами бок о бок…