Светлый фон

— Софья…

И давно артефакты Первых стали появляться на каждом шагу? Это же тоже однозначно один из них…

* * *

Черт, такое чувство, будто у меня в голове бегает стадо диких кабанов. Даже не думал, что она может настолько сильно болеть. И вообще, почему я еще жив? Мне мама всегда говорила, что с дыркой вместо сердца не живут, а я вроде как еще не совсем окочурился. Даже слова в предложения складывать могу, не то, что автор. Эмм, что? Похоже, с последним заявлением как-то поторопился, всякий бред в голову лезет.

Я медленно открыл глаза и осмотрелся.

Просторная, даже слишком комната, стол, небольшой шкаф, кровать, на которой и лежала моя бренная тушка, и… все? А мебель крысы съели или у меня в комнате планировали проводить турнир по мини футболу? Почему так пусто? Да тут квадратов сорок точно будет, что за больная фантазия у хозяина этого, несомненно, чудесного места.

На этом непонятные события не заканчивались. Дыры в груди не было. Вот совсем. Не было даже никакого шрама — идеально гладкая и чистая кожа. Стоп!!! А где все мои мышцы? На этот раз я осмотрел себя внимательнее. Торчащие ребра, впалый живот, руки, больше похожие на спички, чем на руки здорового человека. Верните мне мои кубики!!! Почему я в теле какого-то дрыща?! Аж плакать хочется.

Резкий приступ боли ударил в голову.

— Сука, — я поморщился. — Надо попросить Стефа принести мне анальгин…

Какой к черту анальгин? Какой к черту Стеф? Откуда все эти мысли у меня в голове? Что вообще тут происходит? — На этой умной мысли сознание решило, что мне пора баиньки, и я погрузился в блаженную темноту. Почему блаженную? Да потому что башка не болит, а еще иногда девочки снятся… Красивые… Ммм…

Следующее пробуждение было в разы лучше первого, все мысли встали на свои места, а головная боль утихла.

— Молодой господин, вы очнулись! — раздался голос у меня над ухом. — Доктор Лерсон сказал, что у вас почти нет шансов выкарабкаться, и мне оставалось только надеяться на благополучный исход.

— Не волнуйся, Стеф, мне уже лучше. Принеси пожалуйста стакан воды.

— Хорошо господин, подождите минуту.

Итак, что мы имеем. Больше нет того Величайшего Артаса, державшего в страхе пол галактики. Правда, как оказалось, не такой уж и величайший — так глупо сдохнуть, это надо постараться… Зато есть Арсений Медорфенов — дворянин с громким титулом и родословной, сравнимой с императорским родом, и одновременно с этим сирота, бедняк, изгой и полная бездарность в магическом плане.

Не знаю, каким чудом я оказался в теле этого бедолаги, но факт остается фактом, так что придется выкручиваться. За последние несколько часов в мою память влились воспоминания этого невезучего пацана, и теперь я хотя бы представляю картину происходящего.