Но как бы-то ни было, слово придется выполнять, потому что темные боги не разбрасываются обещаниями.

Вдруг в тишине раздался хлопок, и на пол бухнулась девица. Ее взгляд прошелся по древесным колоннам а затем удивленно застыл, встретившись со взглядом темного бога.

Арлазгурн вновь вспомнил лицо беса и мстительно улыбнулся.

* * *

Существо, сидящее на троне, имело красную кожу, отлично развитую мускулатуру с буграми мышц, а его голову украшали два черных, гладко отполированных рога. Из одежды на нем был только килт, тень которого стыдливо скрывала все то, что находилось ниже пояса. Ноги заканчивались идеально вычищенными холеными копытами в тон рогам.

В общем, это был демон в классическом исполнении, но в юбочке вкрасно-черную клетку, такую милую, словно одолжил он ее у японской школьницы.

На его фоне, стоящий рядом бес казался досадным недоразумением. Щуплый, мелкий, с выпученными глазками. Из его раскрытого лягушачьего ротика вываливался подрагивающий язык, так что было непонятно, он удивляется или облизывается.

«Я умерла и попала в ад», — промелькнула мысль в голове.

Рогатый культурист что-то прорычал, обращаясь ко мне. От низкого рыка по спине побежали мелкие мурашки. Я замерла, притворяясь глухой.

Не получив ответа, красномордый демон поманил меня пальцем с длинным маникюром в тон все тех же рогов. Незримая сила оторвала мою тушку от пола и поволокла в направлении трона. Края кроссовок скользили по малахитовому покрытию с мерзким скрипом, от которого бесенка передернуло и он, скривившись, втянул голову в плечи.

Память услужливо подбросила вереницу бабушек, которых я не перевела через дорогу, испуганное лицо Таньки и удивленную морду жабы в ее портфеле. А также полный список ругательств в алфавитном порядке. «Мне конец», — пискнуло сознание и попыталось отключиться. Не получилось.

Повинуясь незримой силе, я резко затормозила перед красной мордой. Демон был огромен. От него веяло необузданной, безумной силой. Я почувствовала себя маленькой никчемной мышкой.

Он что-то прорычал мне в лицо.

— Ничё не понимаю, — пискнула внутренняя мышь.

Рогатое чудовище устало вздохнуло, а затем отвесило мне легкий щелбан.

В голове взорвалась петарда. Глаза ослепли от сотен ярких вспышек, а в ушах раздался крик тысячи голосов. Виски пронзила боль, казалось, кто-то вогнал в них раскаленные спицы и, орудуя ими внутри, пытался связать салфетку. Но все быстро прошло. Боль отступила.

А когда я смогла сфокусировать взгляд, красномордый произнес:

— Ты кто?

— Инна.

— И что же ты здесь делаешь, Иина?