Наташа подняла руку, обрывая поток возмущений. Повернулась к барону.

— Он говорит, что этот дом не знает и приехал сюда впервые.

— Ну конечно он так скажет! Может Верольду лучше спросить?

— Она вам тоже ничего не скажет, — Наташа повернулась к Ардьеру. — Документы у вас?

— Да, госпожа. Вот они. — Мужчина подошел к Наташе и передал ей свернутые в трубочку несколько листов бумаги. Девочка развернула их и бегло пробежалась глазами по тексту. Повернулась к барону. — Договор аренды, — пояснила она ему, протягивая бумаги. И уже подробней объяснила: — Я попросила графа Стархазского дать мне для некоего поручения доверенного человека. Ардьер отлично справился. Барон, это не дом Чарлена. Это мой дом. Точнее Ардьер арендовал его по моему поручению на месяц. У вас в руках договор. Обратите внимание на дату и время заключения договора. Знаю, что обычно ставят только дату, но я попросила Ардьера чтобы было указано и время. Чуть позже одиннадцати дня вчера. Этот дом мой со вчерашнего дня. Видите, там в договоре и мое имя прописано.

Барон сначала озадаченно прочитал договор. Потом уже растерянно.

— Но… что это значит?

— Так эти вопросы и нужно было задавать, а не обвинениями сыпать. Не, я, конечно, девица хоть куда, но рано мне еще любовное гнездышко вить. Ардьер, расскажите, что вы еще делали.

— Конечно, госпожа. После полудня приехал от вас императорский гвардеец с пакетом. Согласно полученной инструкции я вернулся в этот дом и положил на комод в кабинете пачку писем и два украшения…

Наташа достала два рисунка.

— Эти?

Ардьер вгляделся.

— Да, госпожа. Украшение на цепочке и застежка для плаща.

Наташа отправила рисунки по кругу.

— Господа сотрудники службы безопасности, кто-нибудь при обыске нашел что-нибудь похожее?

Озадаченные люди разглядывали рисунки и качали головой.

— Ардьер, когда ты приносил письма и украшения ты видел это золото и бумаги?

— Нет, госпожа. Конечно, я не осматривал дом, когда приходил второй раз, но утром мы с арендодателем заглянули во все шкафы, уверяю вас. Уж такое мы не пропустили бы. Да и сам арендодатель вряд ли бы забыл тут золото.

Вокруг все молчали, не спуская взгляда с девочки. Та, заложив руки за спину, задумчиво перекатывалась с носочек на пятки и обратно, что-то высматривая в каких-то неведомых далях.

— Ардьер, — очень тихо заговорила она, но в установившейся мертвой тишине ее расслышали все, — снял дом вчера до обеда. После обеда он положил сюда письма с украшениями. Адрес этого дома стал мне известен вчера вечером… Этот адрес знали только три человека… Ардьер, который арендовал дом… Я, которой он сообщил его… Ерил Шольтс, ничего не хотите сказать? — Девочка на пятках развернулась к бледному мужчине. — Не расскажете, откуда в доме взялось все это? Вы ведь тот третий, кто знал адрес. Помните, я его при вас записала? Вы тогда сказали, что любопытны очень. Вы ведь сразу после этого уехали в Сторн. Прибыть должны были уже поздно… Я сегодня заходила в конюшни, на копытах вашего коня грязь. Ваш слуга сказал, что это конюх выводил его на прогулку… Ночью, да? По городу? Навоз от грязи я ведь отличу…