— Благодарствуем, добрый человек, — ободрил его Денис. — Мы и сами приучены к нехитрой снеди.

Я заметил, что Серова на это заявление поморщила носик, но тут же его потерла и потупилась.

— Наш отец всегда говаривал, что желудок нельзя баловать, — продолжил князь и слегка склонил голову, благодаря хозяйку дома.

Она густо покраснела, пробормотала извинения и попятилась на кухню.

Вкусный запах и виды расставленных на столе блюд мигом напомнили мне, что я не ел со вчерашнего дня. Чай, который я успел выпить перед отъездом, не в счёт. И мы с Денисом набросились на еду. Даже Ксения, которой вид блюд поначалу не понравился, с аппетитом поужинала с нами.

Лишь когда тарелки опустели, а мы насытились, Денис откинулся на спинку кресла и сказал:

— Ваша хозяйка достойна высших похвал. Вам повезло с супругой.

— Спасибо, княже, — умилился мужчина.

Женщина также вышла в комнату и принялась убирать посуду. При этом она светилась от гордости.

Денис немного помрачнел, вспомнив о цели нашего приезда.

— Мы прибыли в вашу деревню по поручению Синода, Иван Ильич. Я Денис Владимирович, а это, — он указал рукой в мою сторону, — мой брат Михаил.

При упоминании моего имени староста ахнул:

— Сам темный ведьмак? Как же? Наслышаны.

Из кухни донесся восхищенный вздох.

— А это журналист Ксения Васильевна Серова, — продолжил Денис, указав на Серову. Девушка смущённо улыбнулась и кивнула.

— Вот все документы.

Братец достал из кармана пиджака и протянул Ивану Ильичу несколько сложенных пополам листов.

Староста бережно взял их, вынул из кармана жилетки изысканный кожаный футляр с инициалами. Затем вынул из него очки и водрузил их на нос. Я едва удержался от усмешки, когда заметил на стекле очков наклейку с логотипом известной в этом мире и очень дорогой фирмы. Староста же, бормоча, принялся внимательно читать переданные ему документы.

— Да, все в порядке, — ответил он наконец и положил бумаги на край стола.

Ксения включила камеру: