Найти Челси всегда было трудно найти. Даже когда казалось, что знал, где она, она пропадала, стоило отвернуться. Потому, хоть он оставил ее в комнате Боба, первым делом, попав на гору, Джулиус вытащил телефон, чтобы написать Фредрику.

И был тут же вознагражден. Он едва нажал «отправить», и Фредрик ответил, что он и Челси ушли в ее комнату в подвале. Поблагодарив его за то, что не пришлось зря подниматься, Джулиус стал спускаться по лестнице, используя годы опыта, когда он скрывался от семьи, чтобы не пересекаться с драконами императора и слугами, пока он шел к логову Челси в корнях горы.

Фредрик ждал, когда он пришел, на узком диване в библиотеке Челси, где Марси спала одну ночь. Он поднялся, когда Джулиус вошел, глаза фальшивого зеленого цвета были встревожены.

— Что такое?

Джулиус не успевал объяснить ультиматум Иена, и он перешел к делу:

— Где Челси?

— Спит, — ответил Ф, кивнув на закрытую дверь спальни. — И, пока ты не спросил, я бы не советовал ее будить.

— Но это срочно.

— Как и это, — он скрестил руки на груди. — Челси в хорошие дни спит плохо. Она сейчас устала, так что оторвет тебе голову раньше, чем поймет, что происходит.

Джулиус нахмурился. Фредрик всегда был сдержанным, было сложно понять, когда он был серьезен, а когда — нет. Челси сама много раз предупреждала Джулиуса не будить ее, хотя он не хотел слушаться. Он пытался придумать план, чтобы добраться до Челси, сохранив голову на плечах, когда Фредрик что-то ему бросил.

Джулиус инстинктивно поймал.

— Что это? — он разглядывал предмет в руке, который выглядел и ощущался как кирпичик в белой полиэтиленовой упаковке.

— Резервный паек, — ответил виновато Ф. — Я знаю, это не идеально, но слуги Золотого Императора захватили кухни. После того, что случилось с Императрицей-Матерью, я не удивлюсь, если они попытаются нас отравить, так что я залез в запасы Челси.

Он не был удивлен, услышав, что у Челси был запас пайков. У нее тут, наверное, были запасы всего возможного на десять лет. Учитывая пыль в складках упаковки, паек в его руках мог быть старше него. Выглядело не аппетитно, теперь тема еды была поднята, и его желудок напоминал ему, что он не ел с завтрака, и сублимированная еда была лучше, чем ничего.

— Спасибо, — сказал он, разрывая упаковку.

Фредрик улыбнулся.

— Думаю, это мое слово. Я снова в долгу перед вами. Благодаря вам, моя кладка впервые в жизни получила историю. После шести веков в роли позора Бетезды у нас есть род с матерью и отцом, какими можно гордиться.

— Это был не я, — Джулиус откусил немного от безвкусного и твердого, как камень, батончика. — Ты уже понял все точки. Я просто был там, когда они соединились.