Император обмяк на троне.

— Ясное дело, — прорычал он, прижал ладонь ко лбу за вуалью. — Как иначе? Но ты уже знаешь, как решить эту проблему. Сдайся, прими мое правление и…

— Я бы это сделал, если бы это помогло, — сказал Джулиус. — Но мы уже не можем решить проблему таким широким поступком. Моя сестра ушла в СЗД, и я боюсь…

— СЗД? — император вскинул голову. — Но там происходят ужасные вещи.

— Знаю, — раздраженно сказал Джулиус. — Иначе почему я тут?

— Почему ты ее отпустил? — рявкнул Цилинь.

— Я не пускаю Челси, — напомнил Джулиус. — Она свободна теперь делать то, что хочет, и она никогда не слушала меня до этого. И она там не потому, что ей это нравится. Ее заманил Боб.

Император в смятении склонил голову.

— Боб?

— Он про Брогомира, Великого Пророка Хартстрайкеров, — быстро объяснил Фредрик. — Боб — семейное имя.

Золотой дракон опешил.

— Зачем одному из трех пророков зваться… — он покачал головой. — Не важно. Почему Челси гонится за вашим пророком?

Джулиус прикусил губу. Это был хороший шанс сказать Цилиню, что Челси гналась за последним яйцом из ее кладки с ним, но не в то время. Цилинь уже был сильно расстроен, и хоть правда могла его подтолкнуть, причина, по которой Челси убегала веками, могла быть каплей, которая добьет его. Это не помогало плану Джулиуса подать все мягко, и он выбрал полуправду.

— Боб украл кое-что очень ценное для нее, — он старался звучать ровно. — Он знает, что она не остановится, чтобы это вернуть, и он этим заставил ее погнаться за ним в СЗД. Я не знаю, для чего, но СЗД — последнее место, где сейчас стоит быть дракону.

— Согласен, — сказал Золотой Император. — Но в твоих словах нет смысла. Брогомир — Великий Пророк Хартстрайкеров. Зачем ему работать против тебя?

— Я не знаю, — честно сказал Джулиус. — Есть шанс, что это его план для нашего клана, но это пугает меня больше всего. Он — наш пророк, но я видел Боба в действии много раз, знаю, что его идея приемлемых жертв не совпадает с моей. Он уже убил одну из моих сестер ради своих планов. Я переживаю, что Челси следующая.

Эти слова ощущались как предательство. Никто не знал, в каком большом долгу Джулиус был перед Бобом. Изменения в семье, победы в боях, то, что он все еще был жив и боролся — все это было стараниями его брата. Постоянная поддержка пророка дала ему слепую веру Джулиуса, но когда Боб попросил его не освобождать Челси, Джулиус увидел черту между ними. То, что всегда разделяло их. Боб сам предупреждал Джулиуса об этой черте каждый раз, когда напоминал Джулиусу, что он не был хорошим.