Он решил, что пахло старым. Старым и очень сильным запахом озера. Он пытался понять, было ли это важно, когда Марси закричала:

— Там! — закричала она, показывая.

Увидев это, Джулиус не понимал, как не заметил раньше. Даже в странной густой тьме Ямы было невозможно упустить большую груду мусора на низшей точке Ямы, напоминающей чашу.

Груда была неправильным словом, решил он, когда они приблизились. Это была башня, наклоненная колонна двадцати футов в диаметре, сделанная из разбитых машин, стиральных машин, кирпичей, гипсокартона, старые части компьютеров — всякий мусор.

Башня тянулась с затопленного дня Ямы до потолка сломанных Небесных путей в тридцати футах над головой, соединяя части города, как огромный корень. Джулиус не был магом, не знал, что это означало, но структуры не было тут раньше.

— Это наша мишень?

— Скорее всего, да, — взволнованно сказала Марси, указывая на ржавую машину у дна кучи. — Опускайся там. Призрак уже направился внутрь, чтобы проверить.

Даже для духа смерти проникнуть в огромную колонну загадочного мусора, которая могла быть сердцем разъяренного духа, звучало как плохая идея. Джулиус не хотел туда приближаться. Теперь они были ближе, и он ощущал, как башня пульсировала той же магией, которая ревела в городе. Но потому они и были тут, так что он решился и опустился туда, куда указала Марси, сел на край бампера машины, как птица — на подоконник.

Отвратительный подоконник.

— Фу, — он поднял лапы. — Тут скользко. Как в тот раз, когда мы ходили по канализации.

— Ощущается скользко, — Марси спрыгнула с его спины и коснулась машины. — Странно. Может, это от потопа?

Место было жутким, и Джулиус подозревал другое. Он ощутил за все время больше магии Алгонквин, чем должен любой дракон. Но, хоть ее озерная вода была холодной и склизкой, ужасно неприятной, она никогда не была грязной. Тут же казалось, что грязная магия Ямы стала физической, и чем больше Джулиус думал об этом, тем меньше ему нравилась ситуация.

— Вряд ли это хорошее место для духа СЗД.

— Точно, — согласилась Марси, шагая по машине, чтобы встать перед стеной из обломков, формирующих колонну. — Я заметил, что на Смертных духов сильно влияют эмоции в их магии. Помнишь, как на Земле Восстановления Призрак стал большим и жутким? Дело было в том, что его вел гнев всех, кого убила Алгонквин. Может, такое происходит и с СЗД? Она уже злилась на Алгонквин, но это место первым пострадало от волны. Плохое воспоминание.

— Это точно, — Джулиус закрыл нос крылом. — Магия пахнет ужасно.

— Да? — Марси повернулась с восторженной улыбкой. — Тебе нужно будет как-нибудь научить меня чуять запах магии!