Однако нечто подсказывало ей, что она двигалась к выходу – она все больше чувствовала угрызения совести. С каждым шагом Розали ощущала себя так, словно с ее плеч сняли накидку, сотканную из удушающих теней. И ее разум, некогда затуманенный, постепенно прояснялся.

Розали старалась не думать о том, что она одна в кромешной тьме. Она держалась за последние слова Аима. Он попросил ее идти дальше, найти свет. Он верил в то, что она могла это сделать даже после случившегося. Марта пожертвовала собой, чтобы у них был шанс победить. А по ту сторону ее ждала Энн, которая тоже была готова ее поддержать. И Жулли, хотя она до конца не определилась, на чьей она стороне, но Розали знала: она ее не бросит. Их команда была не идеальна, в ней были изъяны. Но их объединяла общая цель, и они нуждались в друг друге. И ради них всех Розали должна была выбраться отсюда.

Сквозь вязкую тишину стали прорываться голоса. Будто трещал сломанный радиоприемник. Розали остановилась от неожиданности. Каждый голос накатывал на нее, как мощная волна.

– Возвращайся.

– Тебе нельзя было туда ходить.

– Нельзя.

– Не оглядывайся.

Другие голоса, которые были до этого тихими, усилились, когда Розали пошла дальше.

– Вероломная.

– Зашла за границу.

– Оказалась в темноте.

– Дестер.

Последнее слово было хорошо известно Розали. Так называли Бэзила Нала, его окружение и других темных магов.

Голоса больно били по телу ветром. Розали это не останавливало, она непоколебимо продолжала идти вперед. Ветер не переставал хлестать и усиливался с каждой секундой. Судьи были в бешенстве – этому нет сомнений.

Еще шаг, еще один стук сердца – и Розали выпала из темного царства. Ветер сразу прекратился, голоса остановились, а темнота отступила. Перед взором простиралось ясное небо и солнце, а на земле царили сумерки.

От непривычно яркого света Розали зажмурилась. Она находилась там, где когда-то стояла вместе с Гадесом. Она вернулась назад, словно повернула время вспять, словно ничего и не было. Но судей не обманешь: Розали перешла границу. И себя не обманешь: Розали знала, что она изменилась. Там она точно определилась, что делать с ее силой некроманта: она воскресит Марту, но не станет воскрешать Эндрю. Она обманет Аима, как он обманул ее. Сердце в груди заныло, но она быстро отослала чувство сожаления прочь.

Розали распрямила плечи. Духи воевали против нее: они оставили Ревэ взаперти, пытались передать ее дар Аиму, преследовали Энн, натравили Гадеса. А в конце ее жизни Духи планировали отдать ночной дар кому-то не из ее семьи. Раз мертвые сорсиеры объявили ей войну, то она объявит ее им. Наперекор им она воскресит дорогого ей человека и откроет тайну, которую ее заставили хранить. А самое главное, она вернет свой ковен Нуар, который раньше назывался Дютэ, и былое величие ночным сорсиерам. Розали была уверена, что именно для этого она была рождена. Она станет новой Элеонорой или Хель, которые ранее руководили ковеном Дютэ. И станет лучшей версией их. Она пообещала это себе.