Сейчас Розали стояла в холодном холле дома Нуар и прокручивала события прошедшего дня. Жулли и Энн тоже были в замке. Марта осталась в здании Совета, чтобы разобраться с оставшимися делами. Аима тоже попросили задержаться, он должен был присутствовать на совещании, посвященном новым сотрудникам Совета. Поэтому их было только трое, три маленькие фигуры в большом доме.

Розали смотрела на «Луну ночных визардов» – композицию Камилы. В голове вихрем крутились мысли. Переедут ли сюда другие сестры? А отец с матерью? Или же она останется в этих холодных стенах одна… Их отношения с Аимом тоже вызывали вопросы. Теперь, когда испытания закончились, когда у них не было общего дела, найдет ли он место для нее в своей жизни? Розали понимала, что он не оставил идею с местью. Он точно вернет себе ковен Краон, а его нынешняя позиция только поспособствует этому. Он стоял выше всех лидеров и занимался политической жизнью Мажиенна. Ему были доступны все артефакты, которые способны сделать его еще больше непобедимым. У него были связи с остальными сотрудниками Совета, включая верховных, и пропуск к лидеру всех ковенов. Сейчас на место Лоренса Эванса никого не поставили, но скоро кто-нибудь его заменит.

– Я схожу к ближайшему телефонному аппарату, – нарушила тишину Энн. – Позвоню родителям, скажу им приезжать. Когда они будут здесь, мы вернем Ревэ.

Розали кивнула. Ранее Энн передавала родителям, что с ними все было в порядке, через Ревэ, которая являлась к ней во снах. Теперь она решила лично объявить, как сильно изменилась их жизнь.

Энн выскользнула из дома, и тогда Розали задала вопрос, который мучил ее весь день:

– Ты можешь связаться с Предками?

Вся надежда была на Жулли. На зов Розали они точно не явятся.

– Да, но зачем?

– Мы вернемся к ним. Будем играть по их правилам, – стальным голосом сказала она.

– Ты правда этого хочешь?

– Конечно, нет. Но у нас нет выбора.

– Думаешь, нас примут после всего?

– Стоит попытаться.

От предстоящей встречи с теми, кто яростно ее ненавидел, внутри все сжалось. Розали оставалось лишь гадать, какое наказание они придумают.

– Прямо сейчас? – засомневалась Жулли.

– Хочешь подождать, пока я еще что-нибудь натворю?

– Никак нет. – Жулли сорвалась с места.

Вслед за хрупкой фигурой струилось белое шелковое платье. На талии красовался корсет с вышитыми травами и цветами, которые они насобирали в туманном лесу. На этот корсет ее вдохновил именно третий этап. В этом была вся Жулли: она выражала себя через одежду.

Жулли подошла к Розали и взяла ее за руки. Она сказала повторять за ней. В детстве они часто баловались совместными заклинаниями, например, тушили свет во всем доме, а затем прятались, чтобы выпрыгнуть из темноты и напугать отца или сестер. Было забавно, пока Арлетти не отменяла их заклинание, используя свой ночной дар. Авроре никогда не нравились такие шалости дочерей. Теперь им надо было опять выключить свет, затушить огонек свободы, что у них недолго был.