– Это невозможно, – запротестовала она.

– Мы поможем. И откажись от Аима.

Слащавая поддельная улыбка сползла с лица мужчины в шляпе, осталось лишь пренебрежение. Не успела Розали оправиться после двух ударов, как тут же последовал третий.

– Нет.

– Да, если хочешь, чтобы мы восстановили отношения.

– Не впутывайте его, он здесь ни при чем.

– Еще как раз при чем, – устало продолжил он. – Он из рода Ламарэ-Краонов и световой. Обладатели ночных даров могут связать свою судьбу только с ночными визардами. Твои дети должны быть ночными, чтобы им можно было передать дар. Чем кончается такое непослушание, ты знаешь на примере Камилы Нуар. Тем более его репутация оставляет желать лучшего.

– Это несправедливо.

– Дорогуша, мир несправедлив и особенно жесток к обладателям ночных даров. Приходится слушать всяких призраков вроде нас, – с ложным снисхождением ответил он. – И снизь общение с Мартой до минимума. По рукам?

Розали подняла на него тяжелые ресницы.

– Она никогда не пойдет на такие условия, – сказала Жулли.

– Согласна.

– Ты пойдешь на все это ради того, чтобы сохранить дары?

Скорее всего, Жулли не знала про план Духов испепелить их семью, а вот Розали знала и отчаянно хотела этого избежать.

– Ради этого. Но у меня есть свое условие.

– И какое же? – терпеливо поинтересовался мужчина в шляпе.

Другие Предки недовольно зашептали.

– Вы вылечите Жулли. В детстве ее ранил Бэзил Нал черной магией.

Пойдут ли они на сделку? Неизвестно. Розали и правда была не в той позиции, чтобы торговаться с ними. Оставалось лишь надеяться, что их желание руководить ковеном было сильнее, чем возмущение.

– Жулли не выполнила часть своей сделки.