Вскоре на этот народ пала тень Неназываемой, что похитила самое сердце их силы. Пустота лишила их силы, и отняла власть над небесами, и дорога магии стала навеки закрытой для рода сорами.

Но это не сломило их дух.

Великий ворон вновь поднял голову к небесам и отказался принимать утрату статуса небесных владык. Сорамин не сдались, и нашли новую силу в науке ловцов молний.

Вместо утраченной магии дети ворона обратились к науке. Если неназываемый бог отобрал их молнии, они отберут их у самого неба, чтобы снова встретиться в битве со злом.

Дети ворона пришли к своему золотому веку вновь, теперь уже силой электрических технологий. И тогда Пустота пришла доделать то, что не закончила сразу.

Однажды пробудившись и выбрав игрушку, Она более никогда не оставит её.

Нехотя закрыв книгу и спрятав её в инвентарь, я подставил руку теневому ворону Неми. Девушка сообщала, что скоро будет в условленном месте. Мне тоже стоило выдвигаться.

Из головы не шло описание первой расы древних. Сайрис говорил, что сорамин — лучший вариант для пустотника. Но увы, не для меня. В описании ясно давалось понять, что любая стихийная привязка с этой расой исчезнет. Разве что у магии воздуха были шансы, но в моём случае это означало однозначную потерю класса водного мага.

Теперь становится ясно, что за механизмы мы видели раньше и откуда взялись все эти генераторы и прочая техника, которую совсем не ожидаешь увидеть в мире меча и магии. Жаль будет разочаровывать старину Зиллинила, верящего, что все эти чудеса создали древние гоблины.

Покинуть лагерь было не сложно. Разумных стало намного меньше, а меня уже узнавали в лицо. Если бы не Крыс, я пользовался бы еще и всеобщим уважением, необходимым для дальнейших действий.

Призвав туман, я сразу же преобразил его и окружил себя пушистыми белесыми щупальцами горячего пара. Часть сознания привычно погрузилась в ощупывание пространства стихией.