— Знал, — не стал спорить Алиот Алашан. — Но я действительно не ожидал, что так будет. И лидером той группы был не я, а мой друг.

— Ясно, — кивнул я, подталкивая собеседника к продолжению разговора. — И?

— Отряд в двенадцать опытных воинов. Часть уцелевшей брони ты видел, так что сам можешь судить об экипировке. До храма добрались без потерь, хоть пришлось знатно поплутать по тоннелям.

От самого храма ничего уже не осталось — сам видел. Просто тоннели и уцелевшие в них куски разбитой локации. Ну а затем мы нашли уцелевшие части с алтарем и началось веселье — магические големы из фосфофиллита, ловушки из воды и пара, и конечно, духи Покоя. Твоя подружка с ними быстро расправилась, но нас тогда они разорвали на части.

— Сочувствую.

— Это было давно, — махнул рукой рыцарь крови. — Иммунитет к большинству видов магии, иммунитет к оружию, к яду, к магии крови, к чертовому всему! Они смели нас, не дав и шанса, за пару секунд. Храм, хоть он и был заброшен чертову тысячу лет, оказался одной сплошной ловушкой. А потом к тварям добавился шепот, безумие и духи полезли к нам в голову. Те, кто пережил первую волну, во второй сами прыгали в лапы врагов. Я спрятался в озере у корней, тем и жив. Вот и вся награда.

— И ещё звериное имя, — напомнил я. — Ты говорил, что обрёл его тогда.

— Не совсем, — кивнул вампир не поднимая головы, — но да. Только не спрашивай снова, зачем мне теперь фиал крови древних.

— Не буду, — пообещал я, вопреки своим словам тут же закидывая удочку. — И так очевидно, что тебе просто надоело подсасывать кровь.

Вампир ничего не ответил на это мое заявление, проигнорировав провокацию.

— Извини, — сказал я, поняв, что ответа не будет. — Просто у меня есть одна именная знакомая, которая очень хотела бы получить фиал, чтобы сменить свою расу.

— Нет, Сион, меня вполне устраивает быть вампиром. Это одна из лучших рас для жизни в Мельхиоре. Солнца под землей нет, спать не нужно, с едой тоже всё проще, — ответил Алиот, охотно поддаваясь на мою попытку перевести тему. Вампиру и самому не особо нравилось пребывать в меланхолии и жалеть себя. — А что не так с расой твоей знакомой?

В голосе лидера рейда закралась еще большая усталость и скука, но он понимал — просто так я бы не упомянул все это.

— Как так случилось, что вампиры, гаруспики, некроманты и даже пустотники с синхрой меньше полтины — желанные гости в Доминионе, а нежить — нет? — задал я вопрос. — И вы, и некросы, очень близки к смерти. Что за несправедливость?

— Причина та же, что и с пустотниками высокого уровня, и с любыми стихийными одержимыми. Оголодавшая нежить не способна себя контролировать. Да и в принципе с самоконтролем у мертвецов все довольно паршиво.