Молитва упокоения или амнезия, значит? Первое можно применять на любом расстоянии, а второе — лишь коснувшись лба.

Что-то мне не очень хочется их касаться.

Обратившись водяным телом, я стал погружаться в туман и охватывать рейд исцелением.

Прогремел гром. Мы вошли в пятно света пробитой крыши. Сверху лилась бесконечным потоком ледяная вода.

Ещё двоих смогли победить ученицы Лакомки. Все трое были заранее подготовлены для сражений с порождениями пустоты.

Затем пал ещё один от мечей воинов.

Небо окрасила новая молния и существа испарились. Будто их и не было.

В следующий миг пол озарило алое сияние, и вся собравшаяся в лужи вода стала медленным лиловым потоком магии пустоты.

Я повернул голову влево, и увидел ещё один портрет.

Безумное божество лежало в ванне, прячась за черно-лиловой водой.

Молния.

Над головой божества появилась фигура старика в цилиндре, выжимавшего, словно тряпку, человека.

— Эла илию! — послышался мелодичный голос младшей ученицы Лакомки. У волшебницы начали сдавать нервы.

С волшебной палочки сорвалась стрела света, ударив в картину. По коридору раздался нечеловеческий двоящийся голос.

— Минус два, — заметил Терми. Нога его так и не восстановилась, как и левая рука. Сейчас его почти нёс на себе Лесат.

Так мы миновали ещё один коридор, стараясь избегать картин, зеркал, статуй и вообще всего необычного. В конце на нас сделали засаду четверо прозревших и один слышащий. Примерно того же дизайна хреновина, только уже двухсотого уровня и с более разнообразным набором абилок.

— Дальше ещё один коридор с водой, — сообщил вампир, который взял на себя роль разведчика как самый слабо восприимчивый к пустоте. — Сион, ты бы не мог что-то с этим сделать?

— Уже пробовал, — покачал головой я. — Вода здесь подчиняется мне очень слабо.