Хотя нет, не все из них были мертвы.

— Сорок пять… сто пять.. — одно из тел потянулось ко мне искорёженными руками. С его губ с трудом слетали числовые стишки. Вернее, её. Когда-то существо было девочкой лет десяти.

Тело монстра было приковано к зданию зелёным маревом, напоминавшим волшебные кляпы, которые так любил раздавать магистр излишне разговорчивым ученикам.

До эмпатии тари долетели отголоски чувств магистра Смерти, и я всё понял.

Не было никакой великой миссии или особой задачи, ради которых Танатос повёл нас всех на смерть. Но… кто бы на его месте поступил бы иначе?

Существо, бывшее когда-то ребёнком, улыбнулось дырой, заменявшей рот, и в нашу сторону понёсся поток фрактального дыхания. Но мы были ещё на достаточном расстоянии, чтобы находиться вне опасности.

Сердце сжалось от чужой боли и скорби. Невыносимой боли, смешанной с отчаяньем.

Я посмотрел на Танатоса. Лицо его оставалось спокойным, лишённым всяких эмоций, но даже без эмпатии тари его всё равно выдавали глаза. Заблестевшие, от так и не сорвавшихся слёз.

— Сможешь.. исцелить её? — тихо спросил магистр непривычным, чужим голосом.

С ответом я не спешил. Фрактал уже начал разрушать душу ребёнка. Всё было намного хуже, чем в случае с Сайрисом и Лаской. Существо вообще на человека уже походило мало. Но шансы ещё были, пусть они были и невелики.

— Я попробую, — честно ответил я, взвесив все шансы. — Но гарантировать не могу.

— Делай, — отчеканил Танатос.

Я присел на залитую кровью землю в окружении исходящих вверх белых кубиков и снова вытянул металлический барабан со странным названием.

Создать новое тело с помощью магии воды было не сложно на любом этапе, даже спустя сотни лет. Но у души очень короткий срок пребывания в материальном мире, когда тело уже погибло. Я припомнил религиозные поверья — сколько там было? Три дня, девять, сорок..? Здесь не могло пройти больше суток. Но некромантия не коснулась души ребёнка, забирая у него власть над телом.

Над мёртвым доменом полилась мелодия хаани. Как и в прошлый раз, руки сами заскользили по нотам металлического барабана, рождая новую мелодию, какую я никогда прежде не слышал.

— Ну же, если ты здесь… ответь мне.

Но в ответ была тишина. Я не чувствовал ничего из того, что прежде ощутил, возрождая Ласку.

Время шло. Я оглянулся в сторону Тана и понял, что тот едва держится на грани отчаянья. Несгибаемый воин с невероятной волей был на пределе. А затем посмотрел на свой инструмент и не поверил глазам. Это больше был не тот хаани, что вернул мне магистр.