— Значит, форма Короля Пауков слаба… Или это вы столь сильные противники?

Эльф, окружённый частями собственной плоти, обагрённый собственной кровью, встал. Похоже, он сам не превращался в это жуткое создание. Это была лишь его внешняя самостоятельная оболочка, имеющая собственное животное сознание.

— Вы, и правда, Хранители. Очень сильны. Я бы даже сказал, невероятно сильны. Придётся мне взять всё в свои руки и самому прикончить вас.

Техникус и Гримхват встали вперёд, прикрыв лежащего Мариса. Их невысокие тела пытались защитить его. Если не это, то что должно вдохнуть боевой дух. Их отвага была не соответствовала их размеру. Будь она физическим воплощением, то это были бы два каменных голема, высотой в десяток метров. Несокрушимые великаны. Марис не мог продолжать стоять за их спинами. Его силы вернулись, и он встал рядом с ними. Три отважных героя, что сражаются на этом поле боя. Это не их битва. Её исход не повлияет на их жизнь. Гномы и дворфы, в любом случае, живут в самой неприступной природной крепости. Судьба Мариса же уже предрешена. Тем не менее, они стоят перед врагом.

— Дремлющие силы: Пробуждение…

Герои приготовились. Техникус, в руках у которого один из Даров дворфов, ещё день назад бывший суперкомпьютером в лаборатории гномов, теперь, благодаря технологиям, стал сильнейшим оружием, что создавала их раса, переключил мощность. Гримхват ухватил поудобнее свой молот, то, что сейчас давало ему уверенность и шептало “Во имя справедливости!”.

— Облик Истинного Короля Пауков…

Марис выдохнул. Он сменил облик на медвежий. Он уверен, что выживет. Он не уверен, что одолеет врага. Не сумеет задержать его. Подвергнет опасности отряд детей. Даже если одному из них больше нескольких десятков лет. По сравнению с ним, существом, что живёт уже миллионы лет, любой является ребёнком. И дело здесь даже не в возрасте. Он осознал, что, как родитель, хочет их спасти.

— Арахнид.

Первая его форма была жуткой из-за небрежного слияния тел паука и эльфа. Эта же вселяла ужас, потому что была идеальным слиянием этих двух естеств. Его тело осталось. Те же пропорции. Те же ноги, те же руки и голова, но… Из-за спины торчали четыре пары лап. На его лице появились волдыри, из которых показались ещё несколько пар глаз. Изо рта проросли два больших чёрных клыка, из которых капал бесцветный яд. Глаза налились кровью, из-за чего стали полностью красными. Наконец, его тело покрылось хитином и паучьей шерстью.