Может, это сам Поиск так истрепал мне нервы? Меня посетила такая мысль, и однажды я осталась дома на выходных. Я не спала ни секунды ни в одну ночь, всё напевала без конца этот куплет.

Но были и хорошие новости: моего списка мест, которые надо посетить, и людей, которых требовалось повидать, теперь хватало по меньшей мере лет на пять, притом что я добавляла в него новые открытия почти в таких же объёмах, в каких вычёркивала пункты. И я чувствовала, что смогу продержаться, пока есть ещё хоть один сумасброд, с которым нужно побеседовать, и ещё хоть один куплет "Великой благодати", который надо пропеть в очередной задрипанной молельне.

Так что, возможно, Бог и вправду приглядывал за мной. Главную опасность, как мне казалось, представляло то, что Он мог уморить меня скукой, прежде чем я закончу.

Наши страсти улеглись, Крикет наконец перестал говорить мне о том, как что-то щёлкнуло, мы долго спокойно лежали в обнимку, но спать никому особо не хотелось. Он был слишком возбуждён новым миром, который открылся перед ним, а я думала думы, давно не посещавшие меня.

Крикет положил руку мне на подбородок, и я взглянула на него.

— Тебе правда здесь нравится, не так ли? — спросил он.

— Мне здесь очень нравится, — потёрлась я носом о его грудь.

— Нет, я имел в виду…

— Знаю я, что ты имел. — Я поцеловала его в шею, уселась и взглянула ему в лицо. — Я нашла здесь своё место, Крикет. Я занимаюсь тем, что мне нравится. Возможно, здешний народ и неудачники, но и они мне нравятся, и их дети тоже. И я нравлюсь им. Поговаривают даже, не выдвинуть ли мою кандидатуру на выборах мэра Нью-Остина.

— Да ты шутишь.

Я рассмеялась:

— Конечно, и речи быть не может, чтобы я согласилась. Меньше всего на свете мне хотелось бы быть политиком. Но я тронута тем, как обо мне думают.

— Ну-у, должен признать, это место тебе по душе, — произнёс Крикет и похлопал меня по животу. — Похоже, ты набрала здесь вес.

— Слишком много бобов с чили, китайская кухня да яблочные пироги.

И чересчур много Котёнка Паркера. А этот ублюдок ещё говорил мне, что мы не должны были извлечь из урока никакого удовольствия.

— Похоже, тебе удалось удивить меня, — признался Крикет. — Я и вправду думал, у тебя неприятности. И по-прежнему думаю, что это так, но не в том смысле, как мне казалось.

(Ты и половины правды не знаешь, детка, — подумала я.)

— Даже не припомню, когда видел тебя такой счастливой, такой… сияющей.

— А как давно ты сменил пол?

— Примерно месяц назад.