На самом деле кратер ещё не заполнен, просто он так выглядит с западного края.

— Сюда, — сказала Бренда. — Здесь мы договорились встретиться с Лиз.

Я заметила на горизонте пятнышко — ещё один планетоход на ободе кратера.

— Дашь мне порулить? — попросила я.

— А ты умеешь водить? — вопрос не праздный; большинство жителей Луны не умеют.

— Во времена бесшабашной юности я участвовала в Экваториальных гонках. Одиннадцать тысяч километров и совсем мало ровных участков, — и не обязательно уточнять, что примерно на четверти дистанции я сожгла трансмиссию.

— А я тебе лекцию читала, как управлять луноходом. Почему ты никогда мне рот не затыкаешь, Хилди?

— Тогда я лишилась бы доброй половины забавных историй.

Я переключила управление с американского на британский манер и тронулась с места. С тех пор, как я последний раз водила машину, миновало много лет. Было так забавно! Подвеска у лунохода хорошая; я всего пару-тройку раз оторвалась от поверхности, а гироскопы не дали нам перевернуться. Увидев, как Бренда вцепилась в панель, я сбросила газ.

— Из тебя не выйдет гонщик, — заметила она. — Плавно водишь.

— Я никогда не хотела быть гонщиком. И уж тем более трупом.

* * *

— Чувствую себя скаутом, — поделилась я с Брендой, помогая ей расправлять палатку.

— Что в этом плохого? Я завоевала все знаки отличия за покорение поверхности.

— Ничего плохого. Я тоже была отличницей, только девяносто лет назад.

Она вовсе не так давно вышла из скаутского возраста и до сих пор воспринимала скаутство серьёзно. Я бы просто дёрнула за пусковой тросик и оставила всё на самотёк, а Бренда проявила фанатичную заботу об экономии энергии: провела провод от солнечной панели лунохода к элементу питания палатки, как будто реактор не способен был продержаться полмесяца на собственных ресурсах. Когда наконец палатка была расправлена, по мнению Бренды, достаточно, только тогда она потянула тросик, сооружение встрепенулось и захлопало, наполняясь воздухом, и через десять минут перед нами предстала пятиметровая прозрачная полусфера… которая тут же покрылась изнутри инеем.

Бренда опустилась на четвереньки и заползла в куполообразный шлюз, я поспешила застегнуть за ней дверь, чтобы избавить от необходимости шарить позади себя, а она сообщила, что у этой модели застёжки закрываются сами, так что со времён моего детства произошёл существенный прогресс. Бренда занялась настройкой подачи и температуры воздуха, а я тем временем перенесла одеяла, подушки, термосы и остальные наши вещи в шлюз — стараясь свернуть их покомпактнее и брать побольше за раз, не стоило разбазаривать воздух, слишком часто открывая застёжку двери. Затем мне пришлось подождать снаружи, пока Бренда затаскивала всё внутрь и выставляла температуру, давление и влажность в основном помещении палатки. Когда я наконец тоже оказалась там и сняла гермошлем, было ещё холодновато. Я написала пальцем по инею своё имя, как когда-то давно делала в походах; вскоре иней растаял, выпала роса… и наконец купол как будто исчез.