Однако оно снова застало меня врасплох.

Земля содрогнулась от звона колокола, словно кто-то ударил по ней гигантским молотом. Вибрация расползлась во все стороны, прошлась по гладкой поверхности, по нашим телам, тканям и костям, заставив вибрировать мозг и стучать зубы. И унеслась вдаль, рассыпавшись оглушительным эхом среди кривых скал. Подчиняясь её зову, из-за призрачного горизонта вновь поднялось чёрное облако и стремительно ринулось к нам, гоня перед собой бесчисленную людскую Армию. Не прошло и мгновения, как оно накрыло нас с головой, словно огромная волна цунами, отнимая видимые ориентиры, лишая воли и забирая последние крупицы смелости.

Так началась вторая Битва.

Ни секунды не мешкая, я подняла меч и бросилась в гущу событий, раскидывая направо и налево тёмных Воинов. Отчасти я уже контролировала своё тело, больше не полагаясь на инстинкты, пробивавшиеся из глубин памяти, однако сознание иногда отключалось, не позволяя задумываться над совершаемыми мною ужасными действиями. Чёткая линия происходящего прерывалась, и я теряла связь с реальностью, осознавая лишь отдельные моменты. Я запомнила, как один за другим нанесла несколько ударов, разрубив тело неизвестного мужчины, а уже в следующую секунду мне пришлось уклоняться от ещё более чудовищных выпадов невысокой, ростом мне по плечо, женщины. Запомнила, как с размаху опустила меч на человеческую плоть, а потом резко отскочила в сторону от неизвестно откуда взявшейся палицы, которой орудовал двухметровый детина — очень сильный, но слишком грузный и неповоротливый. Тяжёлый наконечник с шипами пролетел мимо, заставив отшатнуться и едва задев нагрудник, хотя вполне мог раздробить мне грудную клетку. Не дожидаясь второго удара, я резко нырнула вниз и подрезала мужчине ногу. Он припал на одно колено и уронил палицу на землю, заставив крошиться камни. А в следующее мгновение уже лежал с отрубленной головой. Но ни триумфа, ни отвращения я не испытала — мне просто некогда было упиваться подобными эмоциями — и тут же переключилась на следующего противника…

Несколько раз боль пронзала и моё тело: мечи тёмных рассекали мне руки, соскальзывая с пластин доспехов, глухие удары сыпались на нагрудник и шлем, оставляя в них глубокие вмятины. И всё же мне удавалось избегать серьёзных ран. Рассечённые нервы пылали, протестовали и требовали мести. И они её получали, когда я забирала очередную жизнь.

Сколько ещё их окажется на моей совести?

И как я смогу жить с этим, если вернусь?..

Бой закончился так же внезапно, как и начался.