— Допустим, предположим, это было твое своеобразное проявление заботливости… — с трудом выдавил он, постаравшись умерить громкость этого разговора. — Ты мог хотя бы посвятить в план старейшину Муана. Если бы он знал…

— Если бы он знал, — перебил его Шиан, — то непременно узнал бы и ты. Думаешь, я не заметил, как вы сблизились? Я не доверяю старейшине Муану, я больше не знаю, чего от него ожидать.

— Мне ты, очевидно, тоже не доверяешь…

Шиан промолчал, и Шен понял, что тот просто не отрицает само собой разумеющееся.

— Поэтому ты не расскажешь мне, в чем твои мотивы на самом деле? — догадался Шен. — Думаешь, я поверю, что ты так стараешься уничтожить секту Хладного пламени просто для «всеобщего блага»?

— А что? — Шиан криво растянул губы. — По-твоему, у меня просто не может быть благородных намерений?

— Дело не в «благородстве».

— В чем же тогда, Шен? — Шиан поднялся из-за стола. — Все вокруг хотят уничтожить секту Хладного пламени, потому что те — отступники искаженного пути, а их глава — демон. Но только не я, да?

— Не пытайся меня запутать. Я не обвиняю тебя, просто хочу поговорить начистоту, — произнес Шен, поднимаясь и выходя из-за стола вслед за ним.

— Начистоту? — переспросил Шиан. — Ты хочешь искренности? Мотивов моих поступков? Да ты хоть помнишь, сколько лет прошло с тех пор, как мы и впрямь говорили начистоту?

— А такое время вообще было? — не сдержался Шен.

— Точно. — Шиан криво усмехнулся. — Разве тебе хоть когда-то были интересны мотивы моих поступков? Ты всегда предпочитаешь судить меня, а не доискиваться истины.

Тон разговора как-то слишком переменился. Шиан смотрел вдаль, словно обращаясь к тому, другому Шену, которого, как им обоим известно, уже не вернуть. И если Шен знал это наверняка, то Шиан явно чувствовал, что как прошлого, каким оно было когда-то, так и того человека больше нет. Каким он был в детстве, каким был, когда проводил дни на пике Лотоса в компании Рурет, и каким стал после ее смерти… и каким стал после их с Шианом последнего разговора, когда в его глазах тот читал только боль. И затем, каким он стал, когда потерял память. Он ведь стал гораздо, гораздо чаще улыбаться. Шиан так давно не видел направленную на него улыбку и теплый взгляд.

Почему же… почему же… почему же Шиан так жаждет все вернуть? Этот забывший о прошлом брат ускользает от него, оставляя его позади.

«КАК. ОН. СМЕЕТ. ОСТАВИТЬ. МЕНЯ. НАЕДИНЕ С ПРОШЛЫМ?»

— Хорошо, я не хочу спорить о том, что было в прошлом, — произнес Шен. — Сейчас я хочу знать твои мотивы. Я спрашиваю о твоих мотивах. Просто объясни мне, чтобы я понял!