Знаете, как здесь это обставляют? Своими словами ничего не называют. Вроде просто дружеский визит. Благородная дама со свитой и охраной в гостях у дружественного рода.

На самом деле, молодую женщину повезли на показ потенциальному жениху. По разговору понял, что мнение самой Элаи особо никто и не спрашивал. Женщина возрастом в двадцать три круга! Перестарок! Еще и замужем была! «Шеф, все пропало, все пропало!» Хе-хе, дикие люди.

На этом сегодня закончили. Решать будущую судьбу заговорщиков сил не хватило. Все элементарно устали. Смертельная схватка вымотала и физически, и морально. Я помылся, проверил своих людей и завалился спать в выделенной комнате.

*****

— Друг мой, Отакара надо немедленно казнить.

Раннее утро, я сижу напротив Бедрича и убеждаю его сделать то, что должно. Мы вдвоем в его кабинете. Сам я вчера отмылся, а вот одежда и броня пока в скверном состоянии. С прислугой во дворце после бойни пока «напряг», мои паж и оруженосец находятся за городом, а у меня лично просто времени не было.

— Я все понимаю, Сержио, все понимаю…, — мнется барон, раздражая меня все больше с каждой минутой. — Но в нашей семье почти никого не осталось. Я, Отакар, Элая и все, никого больше. Мать умерла, отец погиб, нас теперь всего трое. А сейчас, вот это вот все…

— Что бы с тобой и твоей беременной женой сделал Отакар, если бы я вчера не успел прийти к вам на помощь?! — я начал терять терпение и повысил голос.

— Понимаешь… брат…, — отвел глаза Бедрич.

— Я спрашиваю, что бы сделал вчера твой брат?! — рявкнул я уже не сдерживаясь.

Скрипнула дверь и в кабинет заглянул Зденек Ференц.

— Уйди от греха! — рявкнул я уже ему.

Капитан посмотрел на Бедрича и после его утвердительного кивка снова скрылся, тихо прикрыв за собой дверь. А я снова уставился на барона.

— Он бы не пожалел нас, — наконец поднял на меня взгляд Бедрич. — Отакар хоть и младше меня, но всегда был жестче, злее, чем я. Я понимаю, что у меня нет другого выхода, кроме как казнить его. Если оставлю его в живых, то с его стороны буду постоянно опасаться нового нападения.

— Ну вот, сам ведь все понимаешь, — немного успокоился я.

— Давай сделаем это после окончательного подавления мятежа?

— Нет! — я чуть не зарычал от досады. — Бунт до сих пор не подавлен и пока жив Отакар, он — его знамя. Казним его сейчас и лишим бунт смысла. Из смутьянов твои противники превратятся в обычных разбойников и мародеров. И это речь о простолюдинах. А дворянам, тем, которые еще не арестованы, останется только к тебе на поклон идти.

— Давай же, — я снова попытался достучаться у барона до здравого смысла. — Пока ты здесь телишься, жителей твоего города грабят, насилуют и убивают. Твой город горит. Ты ждешь, когда останешься править пепелищем?!