Здесь, на Этерре, если я сделаю девушке предложение в тайне от отца и матери, это могут воспринять как, если и не совращение девушки, то нечистоплотные действия за спиной родителей. А еще, не заручившись согласием своих родителей, я не могу сейчас сделать официальное предложение руки и сердца.

И все эти «пляски с бубном» происходят в то же самое время, когда в королевском дворце чуть ли не свальным грехом занимаются. А может и не только в королевском. В графских я просто не был еще, не с чем сравнивать.

Уууу! Как же все всегда становится сложно, когда дело касается матримониальных отношений. Мне проще какое-нибудь баронство завоевать, чем вот это вот все.

Мы сидели на последнем ужине в доме Райсов: хозяева, я, Элкмар Нейде, Агро и Мабон Кедрики. Представители благородного сословия Блато и моего небольшого отряда.

Завтра уходим домой. Все в дорогу собрано, проверено и перепроверено. Осталась только последняя ночь перед маршем. И у меня больше нет времени оттягивать разговор.

— Достопочтенный Круно, — обратился я к удивленному главе семейства. — Мне необходимо переговорить с вами в приватной обстановке. Это можно организовать?

За эти дни мы все перешли между собой на «ты», поэтому старик был удивлен моим официальным к нему обращением. И не зная, чем вызвано такое изменение, насторожился.

— Поговорим в моих покоях? — предложил он.

Естественно, я согласился. Мне все равно, где говорить, лишь бы лишних ушей не было. А у Круно отдельного кабинета нет. Дом маленький: зала (где мы трапезничали), хозяйские и гостевые комнаты, кухня и людская. Вот и все хоромы.

— Присаживайтесь, Сержио, — указал мне на лавку, стоящую у стены, старик, а сам сел на край кровати.

В его комнате, впрочем, как и в других спальнях, обстановка была весьма скромной: лежанка, лавка у стены, один или два ларя и все. Может, в комнате Бранки как-то по-другому, но там я не был.

— Что-то случилось? — тревожно спросил Круно.

— Нет, ничего такого. Я вот по какому поводу хотел поговорить, — я немного помялся, собираясь с духом, и наконец решился. — Мне нравится ваша дочь, Круно.

На лице старика проступило облегчение и даже довольство. Он попытался удержать на лице бесстрастное выражение, но ничего не вышло. Было ясно видно, что он рад моим словам.

— Я бы хотел жениться на Бранке, но только если она сама этого захочет, — продолжил я. — Если для своей дочери вы не будете против такой партии, как я, то прошу на нее не оказывать давления, а просто спросить желание.

— Мы за эти дни много друг другу рассказывали о наших семьях, — ответил старик. — Есть еще что-то важное, о чем вы не рассказывали, Сержио?