— В направлении ты уверен? — (Не ответив, он весь чуть подобрался, приподняв брови.) — Извини. Негоже мастера учить. Значит, корабль сядет здесь. Ну а космопорт в каком направлении?

Встав, он указал на лес.

— Что ж, отлично.

Я начертил на земле стрелку, указывающую на выбранную нами посадочную площадку, а потом попытался сориентироваться по солнцу. Под руководством Брама чертил новые линии, стирал их и перемещал, пока мы не наметили точный — как я искренне надеялся — курс полета. Следующий этап…

— Лучше начать перегонять свинобразов к посадочной площадке как можно раньше. Желательно, сегодня же утром. Ведь покидать свою каштановую рощу они не очень-то захотят.

Так и вышло. Помогать вызвались все мальчишки стойбища, и все они оказались очень кстати. Бил, один из следопытов Брама, отправился со стадом, чтобы мы не сбились с пути. Когда мы добрались до стада, я собрал мальчишек и устроил им блиц-лекцию по ремеслу свинопаса.

— Направляйте их палками, но только не тыкайте и не бейте, а то рискуете превратиться в подушечки для игл, заколют до смерти. На поросят внимания не обращайте, они пойдут за своими мамками. Те же очень ленивы и ходьбе предпочитают жратву. Ничего страшного, если они перехватят что-нибудь на ходу, но не давайте им останавливаться, потому что стронуть их с места опять будет очень трудно. Готовы?

Хоровое «да» и несколько разрозненных «ура». Я надеялся, что энтузиазма им хватит на весь неспешный путь. Я вырезал палку покрепче, перевел дыхание и подошел к Скрежетуну, довольно чавкавшему в тени.

— Уиии, хрюша, хрюша, хрюша…

Он поднял голову, нацелив на меня злобный красный глаз, и вернулся к трапезе. Потребовалось ужасно долго скрести его между иголок, уйма ласковых слов и деликатного подталкивания, чтобы заставить его тронуться. Мой детский опыт жизни на ферме не забылся.

Медленно, как в летаргическом сне, стадо двинулось в путь. А мы не давали ему останавливаться. Сперва кабаны, за ними матки, а следом припустили поросята, чтобы угнаться за взрослыми. Мальчишки бегали, гикали и развлекались от души. Энергия их казалась неисчерпаемой.

Должен признаться, мои силы скоро начали иссякать. Когда же последняя охапка игл протрюхала мимо, я мысленно присягнул, что никогда — совершенно никогда, после последнего завитка скрученного штопором хвоста, я никогда, повторяю, никогда больше не увижу ни единого свинобраза.

Бил ушел вперед проверить направление и скоро вернулся с улыбкой и невероятно хорошей новостью.

— Вон за теми деревьями сразу будет поле и река.

Так оно и оказалось. Учуяв воду, кабаны радостно заурчали и пошли в том направлении чуть быстрей. А я тяжело опустился на землю.