— Внимание, маяк, — сказал капитан в микрофон. — Оборудован ли маяк аппаратурой связи?

— …координаты планет следующие… скррк… Данный маяк оборудован аппаратурой только для ближней радиосвязи. Ближайшие средства всесторонней связи находятся в звездной системе один дефис тридцать…

Отключив связь, капитан обернулся к нам.

— И что теперь? — безмерно устало проронил он.

Ответом ему было гробовое молчание, которое в конце концов нарушила Анжелина:

— Включите-ка снова. Давайте послушаем про эти планеты.

Если отбросить всяческие излишества роботизированной велеречивости, ответ сводился к следующему.

— Один газовый гигант, — резюмировал капитан. — Кольцо впечатляющее, но лун нет. Две планеты в обитаемой зоне. На одной есть атмосфера, чуть менее одного «жэ», и впечатление, что пригодна для обитания, хоть и жарковата. На другой сносная атмосфера, но…

Последний гвоздь вогнал я:

— Но это большая и тяжелая планета с силой тяжести почти три жэ. И парциальное давление кислорода почти на треть меньше нормального.

Молчание было хоть топор вешай, уныние колыхалось в воздухе черной пеленой. Куда отсюда податься? Признаки жизни выказывал лишь Штрамм, постукивавший себя по подбородку и что-то бормотавший. Потом, ни слова не говоря, повернулся к панели управления и начал выстукивать цифры. По экрану побежали уравнения. Снова обработав челюсть, он ввел еще несколько цифр, кивнул и обернулся к нам:

— Есть одна возможность.

— Возможность чего? — уточнил я.

— Ускользнуть из этой звездной системы.

— Как? — вскинулся капитан.

— Для начала надо сесть на тяжелую планету. При такой гравитации человеческий организм может функционировать, хоть и недолго.

— И что сделать? — высказала Анжелина вопрос, вертевшийся на языке у каждого.

— Выгрузить конденсатор гравитонов на поверхность планеты. Как только он заработает при три жэ, потребуется… — он обернулся к своим расчетам и указал на экран, — …ровно три месяца, чтобы собрать достаточно гравитонов для длинного припухания, будем надеяться, в другую звездную систему.

В воцарившемся молчании все обдумывали это неуютное решение так и эдак.

— Это невозможно, — заявила Анжелина. — При таком тяготении мы долго не протянем.