Как только посадочные двигатели смолкли и 3
— Никакой показухи, — приказал он, когда дверь шлюза со скрежетом отворилась. — Я знаю, что вы, парни, сможете стоять на своих двоих, но встать все же не пытайтесь.
Они кивнули.
— Когда стоишь на четвереньках, нагрузка на каждую конечность вдвое меньше. Делайте скользящие движения. Для того-то у вас наладонники и наколенники. Лады, пошли в шлюз.
Подымаясь на локти, а затем на колени, они кряхтели. Но справились. И двигались куда элегантнее, чем мы тогда. Томас медленно последовал за ними и рухнул, запыхавшись, на подстилку в шлюзе.
Тяжеловозы терпеливо ждали, когда закроется внутренний люк и медленно, с громким скрипом, откроется наружный.
— Первая пара, вперед. — Томас не договорил, закашлявшись. — Видите вон там трос с петлей на конце?
Неспешные кивки.
— За ним. Тащите его сюда.
Они двинулись вперед, медленно и упорно. Главное, ровно. Я тут же вспомнил, как мы мучительно дергались. Эти битюги — дело другое. В таком деле мозги и вовсе не нужны. Они уже были на полпути к тросу, когда Томас окликнул:
— Второй пусть ждет там. Первый берет трос и тащит его ко второму.
Ведущий без колебаний медленно, ровно пополз дальше.
Добравшись до троса, остановился, тяжело дыша. И не двигался, пока не отдышался. Трясущейся рукой взялся за карабин. И — с явным усилием, от которого вздулись все его мышцы, — пристегнул к поясу. Сделал полукруг и пополз обратно.
Я поймал себя на том, что сижу, взмокнув от напряжения, прекрасно понимая, что он чувствует. И снова улегся с глубоким вздохом. Сделав огромное усилие, Анжелина положила ладонь мне на руку. Я улыбнулся ей.
— Лучше он… чем ты… — пропыхтела она.
Я в ответ лишь слабо кивнул.
Эти силачи были просто великолепны. Медленно и неуклонно, без суеты они передавали трос вперед и тащили его за собой. Вторая команда встретила их у основания пандуса, и трос ровно продвигался вперед, пока они не накинули карабин на крюк лебедки.
Ведущий первой пары с усилием поднял кулак и тряхнул им в воздухе.
— Готово! — Он улыбнулся сквозь заливающий лицо пот.