На лицо девушки вылезла широкая улыбка. Щечки так и заалели, так и заалели. Совсем не стеснялась Рин и Айры, что с подозрение косились на нашу новую соратницу.
Девушке особое приглашение не нужно было: она пулей сорвалась на меня. Ради интереса не стал как-либо отвечать и просто застыл на одном месте, следя за каждым движением барышни. Она двигалась безумно быстро; расстояние срезала до меня практически мгновенно, что, вроде бы, должно вызывать какие-то эмоции, но — нет. Я понимал, что при желании смог бы без всяких проблем голой рукой поймать лезвие катаны.
Кёко буквально разрубила меня этой бедной катаной пополам. До эволюции моё тело абсолютно спокойно выдержало бы такой взмах, но сейчас лезвие её клинка прошлось по мне так, будто я состоял из масла.
Вопреки тому, что моё тело разрезали, туловище не упало. Даже лёгкого дискомфорта не было, зыбучий мешок со странными костями моментально склеился. Даже синяя изолента не понадобилась. В голове щёлкнуло: структура моего тела напоминала в первую очередь даже не песок из моего сна, а тот, с которым я игрался в песочнице во время очередной эволюции. Нужно будет сегодня посмотреть, изменилось ли что-то внутри меня.
А то уже правда немного переживал за Азуру. Как ни странно, не только моя девочка-волшебница будет горевать по поводу её исчезновения, но и я сам уже успел привыкнуть к ней.
—
Дотронулся до своего горла, сам не заметив, что вновь включил голос какой-то стрёмной херни.
Кажется, перемены во мне Кёко обрадовали только больше: её улыбка стала шире, в эмоциях поднялся такой коктейль, что мне даже немного некомфортно стало.
…на самом деле, нет.
Практически до самой ночи барышня истязала моё тело. Пожалуй, такие… многозначительные фразы я подбирал совсем не просто так, ибо чем больше меня резали, чем больше проявлялась разница между нами — тем возбуждённее становилась поехавшая супер-японка. До определённого момента я не сопротивлялся, пытаясь в полной мере осознать и подчинить собственное тело, и у меня даже пошли какие-то продвижения, но потом мне надоело бездействовать.
Мне достаточно было одного мимолётного желания. Мне не нужно было брать в руки ультимативное орудие в виде тапка, не нужны были холод или пламя пустоты. Достаточно было того, что Кёко находилась в «Области Пустоты». Сама по себе область, что ни говори, была довольно пассивной. Я мог с помощью неё делать многие вещи, но она существовала где-то за гранью. Новая же моя способность, «Проявление Пустоты», могла похвастаться совсем другим.