Он мог подчистую уничтожить всех конкурентов и остаться единственным, кто будет заниматься организацией боёв на окраинах. Целая армия телохранителей и боевиков готова была по его приказу начать войну. Но Сергей от неё отказался. Он не хотел начинать правление кровопролитием. Однако некоторые из бывших партнёров Калеба решили, что могут лучше него вести бизнес. Они сделали первый ход, устроив на Сергея покушение. Их главной ошибкой было полное отсутствие координации друг с другом. Потому Сергею не составило труда устранить их поодиночке. С некоторыми разобрались его люди, с некоторыми он разобрался лично. Одного даже порвал на глазах семьи. Собственно, это и поставило точку в вопросе, стоило ли с ним воевать. После десятка неудач и такой демонстрации силы, все соперники разом пошли на попятную. Они поняли: лучше уж иметь меньший кусок пирога, чем потерять вообще всё, включая жизнь.

Вот так Сергей и стал королём — королём боёв без правил. Конечно, он не мог тягаться с настоящей организованной преступностью, да и не стремился. Картели находились на совершенно другом уровне. Сергей не занимался рэкетом, наркотиками, заказными убийствами и проституцией. Он просто брал деньги с букмекеров, зрителей и бойцов. То тут, то там приходилось решать мелкие проблемы насилием, но на фоне картелей его предприятия выглядели детскими шалостями. Сергей опасался, что рано или поздно его поглотят действительно крупные игроки. Вот только тех его бизнес совершенно не интересовал. К нему даже пришёл как-то представитель Алой Розы с сообщением, что они делают всё возможное, чтобы его бизнес оставался независимым. На вопрос, с чего бы такая щедрость, посланник пояснил, что благодаря войне Сергея с конкурентами на окраинах стало меньше мелких гангстеров.

«И больше организованной преступности», — подумал Сергей. Впрочем, он бы солгал, если бы сказал, что такое внимание ему не польстило.

В итоге, после всех перипетий, у Сергея было всё — всё, кроме самого главного. Семьи.

Уже три года он прилагал все усилия, чтобы участвовать в делах детей настолько плотно, насколько возможно. И всё равно они не доверяли ему, как доверяли дяде Мише. Даже бросая ради них все свои дела, он не становился чем-то большим. Напротив, казалось, чем больше усилий он прикладывал, тем меньше его воспринимали всерьёз.

После первого же года он бы плюнул на всё и двинулся дальше, если бы не Вера. Только она одна видела в нём отца и постоянно поддерживала связь. Только из-за неё он продолжал пытаться.

Только её улыбка придавала этому безумному миру хоть какой-то смысл.