— И всё же вы собираетесь его вернуть?

— У меня нет выбора, — сказал полковник. — Иначе мир не спасти.

— Так вот значит в чём дело, — присвистнула Эмма. — Мы не просто эгоисты, которые хотят себе исполнителя желаний. Мы спасители мира. Чудненько.

— Грядёт царство тьмы, — сказал полковник. — Всё закончится. Все закончатся. И мы ничего не может с этим сделать. А вот Освободитель — он точно сможет.

— О чём вы говорите? Это что-то вроде конца света?

— Не может закончиться то, что никогда и не начиналось, — с особой жёсткостью вдруг произнёс Эймс. — Всё это время мы верили, что живём в свете. Нет. С самого начала была только тьма. Мы просто этого ещё не знали.

— Раз так, то какая разница? — разговор уходил куда-то не туда, и это Эмму начало раздражать. — Что для нас изменится, если мы ничего не замечали?

— Я знаю, что ты жила в страхе, — вдруг молвил Эймс, посмотрев Эмме прямо в глаза. — Ты его ненавидела, ты его боялась — и всё же, он был частью тебя, неотъемлемой. Чем-то, что делало тебя живой. Там, где нет ни начала, ни конца, ничто не может умереть — но ничто не может и жить. Не будет тебя, не будет твоих детей, не будет детей твоих детей, потому что не будет вообще ничего. Точнее, только ничего и будет.

— Я не понимаю… — протянула Эмма, чувствуя, однако, как холодок ползёт по её коже.

Эймс сокрушённо кивнул.

— Я всё пытался понять, почему он выбрал именно тебя. Вот только стоило поговорить с гибридом, как всё встало на свои места.

— Гибридом?

— Ты называешь его Саргий. Гибрид экзальта и человека из Вне. Самая живучая, сильная и выносливая комбинация. Способная, наверное, даже бросить вызов Эдему при определённых обстоятельствах.

— Мы же вроде пытаемся вернуть Освободителя, разве нет? — нервно усмехнулась Эмма. — Зачем нам бросать вызов Эдему?

— Эдем нам не друг. Более того, сомневаюсь, что он друг даже Освободителю. Ведь не просто так он сбежал из собственного рая, верно?

— Вы сказали, что ему стало стыдно. Он не захотел жертвовать собой ради нас.

— Да. И это может быть только одной из причин. Но не будем далеко уводить разговор. Тебя ведь выбрали не просто так.

Эмму вдруг пронзило ощущение, будто этот разговор уже происходил сотни и сотни раз. Помотав головой, она постаралась сфокусироваться. «Сейчас или никогда. Другого шанса не будет».

Поднявшись со стула, она подошла к полковнику и спросила, постаравшись придать голосу самый невинный тон:

— Правда? И за что же меня выбрали? Уж не за красивые ли глазки?