— Просто интересно. — обречённо закатив глаза, ответил я.

— Интересно ему. А вот нечего интересоваться! В ближайшее время клуб будет расформирован. — холодно заявила Императрица: — Я уже перед тобой и так… И эдак… — Настя осторожно посмотрела на Толика, но тому было совершенно плевать. Он летал где-то высоко в облаках: — И я не позволю пигалицам вертеть перед тобой своими выпуклостями.

— Ты же мудрая женщина, которой неведома ревность к котятам.

— Володя… — Настя нахмурилась и тихо прошептала мне на ухо: — Не испытывай моё терпение! Иначе — всё может очень плохо кончится… Особенно — для тебя.

— Привяжешь к батарее?

— Или запру в большом средневековом замке. Посмотрим. Всё зависит от того, насколько сильна будет активность со стороны котят. Вдруг попытаются нагло украсть?

— Ну… Толика я уже в этом плане вряд ли переплюну. — усмехнулся я.

— Это точно. — Настя вздохнула и обеспокоенно посмотрела на моего брата: — Анатолий? Ты с нами?

— А? — парень тут же очухался: — Да-да, Анастасия Антоновна… Просто задумался и ненадолго выпал из реальности. Знаете… Всё это показалось мне немного странным.

— В плане? — уточнил я.

— Приказ Императора. Разве он не должен был наоборот запретить мне браки с иностранками? Как бы… Я — наследник главной оружейной династии Российской Империи. Думаете, Пенелопа не захочет большего? Джессика сказала, что Королева очень озабочена нынешнем положением австрийской армии.

— А, кто сказал, что это именно Пенелопа захочет большего? — я взял дремлющую на соседнем кресле Усю на руки: — Консорт Правящей руки — это не пустой звук, а очень хорошее прикрытие. Император через тебя сможет лоббировать свои интересы. Сможет влиять на политику Австрии. Их взаимоотношения с другими странами и Священным Союзом в целом. С чего ты решил, что этот брак выгоден только Королевской семье и Дому Демидовых? Да и вообще… Выгоден ли он Королевской семье? Что получает Генрих от тебя? Доступ в конструкторские бюро и производственные предприятия? А вот — шиш. Ничего он не получает! Деньги? Нет, скорее — он с ними расстаётся. Влияние? На кого? Демидовых в любом случае будут уважать сильнее, потому что это — ружьё. Тогда, что именно он получает? А я скажу тебе — НИ-ЧЕ-ГО. Пока ты окунал всех в свою собственную драму — Михаил Алексеевич мог сказать Генриху и Пенелопе всё, что угодно. Он Император и его слова имеют силу. Но никто же не запрещает ему слегка приукрашивать или говорить полуправду.

— Володь, да какая там полуправда? — хмыкнула Настя: — Это ж политика. Там без жёсткой лжи не обходится. И к тому же — Генрих у Михаила Алексеевича типа друг. Но существует ли дружба на таком уровне? Что-то я сомневаюсь. Говорю с высоты своего полёта.