И я аккуратно потянул за верёвку. Колесо замка провернулось, раздался щелчок, и дверь приоткрылась. Я продолжал тянуть, и дверь начала медленно, с адским скрипом открываться. Стоило ей распахнуться наполовину, как из глубины помещения раздались выстрелы. Хлёсткая очередь ударила в стену напротив, и ещё, а я продолжал тянуть, раскрывая дверь нараспашку, отмечая про себя, что звук выстрелов значительно тише, чем у MG-42. Стало быть, что-то попроще, и это хорошо. Что ж, посмотрим, с чем (или кем) нам предстоит иметь дело на этот раз.

Долго ждать не пришлось. В дверной проём, мешая друг другу, почти одновременно протолкнулись два скелета. И если супостаты в Пещере походили на древних воинов, то эти явно косплеили солдат Вермахта. Полуистлевшая форма висела лохмотьями, на черепах нахлобучены характерные немецкие каски, а костяшки пальцев уверенно сжимают пистолеты-пулемёты MP-40, известные почти всем по фильмам про Великую Отечественную, их ещё ошибочно называют «шмайсерами», хотя никакого отношения Хуго Шмайссер к ним не имел…

Однако, кто бы это оружие не разрабатывал, позволять мертвякам отработать из него по нашим тушкам разрешать решительно не стоило, и мы открыли по вражинам беглый огонь, не дожидаясь, пока они сориентируются и начнут палить по нам, хотя мне и хотелось посмотреть, как они будут перезаряжать оружие. Но праздное любопытство пришлось оставить, и я влепил три пули подряд в шлем правого скелета. И здесь шлем послужил ворогу плохую службу: если пустой череп пуля бы пробила и полетела дальше по своим пулячьим делам, то в данном случае вся кинетическая энергия погасилась о шлем, у скелета просто переломилась шея, и череп, слетев с плеч, покатился в одну сторону, а каска — в другую. Скелет на пару секунд замер в вертикальном положении, а потом мешком обвалился на пол. Рядом рухнул второй, сражённый Дашей.

— Надеюсь, автоматы при падении не пострадали, они нам очень пригодятся. — встревожилась девушка, осторожно высовывая голову из-за укрытия и пытаясь что-нибудь рассмотреть в глубине коридора.

— Технически, это пистолеты-пулемёты. — сообщил я, вглядываясь в полумрак бункера. — Там пистолетный патрон. Ждём, там могут быть ещё.

— Кажется, в нашем обществе зануд новый председатель. — фыркнула подруга. — Огнестрел — он и есть огнестрел. Бегемот?

Котяра, занимавший позицию на крыше бункера, бесшумно спрыгнул на землю, замер у входа, затем скользнул внутрь, и скрылся в открытой двери. Через полминуты он появился обратно, громким мявом сигнализируя: чисто! Мы покинули укрытие и выдвинулись на осмотр.