— Как удобно! — воскликнула Даша. — Это можно залезть в любую щель и делать там всякое! Мечта спасателя!

— Да любого МЧС’ника. — ответил я. — И не только… Для смертоубийства эта штука подходит, как ни крути, куда больше.

— Ну, конкретно этот вид манипулятора, вообще-то, абсолютно гражданский. — встрял Бегемот, и выпустил из своего костюма пару таких же щупалец. — У меня, например, скафандр боевой, поэтому лазеры встроены куда мощнее ваших. А вообще, просто пояс с парой таких конечностей мы, то есть коты, таскаем практически постоянно — гораздо удобнее, чем что-то делать лапами.

— Да я бы тоже таскала! — заявила Даша. — Это же можно, не вставая с дивана, притащить пивас из холодильника на кухне! Есть ведь модели с большей длиной щупальца?

— Разумеется. — ответил котяра. — Но среди людей это считается моветоном, редко кто использует.

— Ну и зря. — резюмировал я, загружая манипулятором боекомплект в рюкзак. Впрочем, получалось не очень, поэтому я скинул рюкзак и продолжил сборы уже классическим методом. — На сколько берём еды? На день?

— Идёшь в поход на день — бери еды на неделю. — процитировала подруга народную мудрость. — Поэтому берём на трое суток. Не переломимся, я думаю. Боеприпасы забираем все?

— Думаю, да, их не так уж и много. Я бы ещё взял гранат с десяток, в помещениях пригодятся, модерновое оружие у нас всё прямого боя, из «гаусса» за угол не засадишь. А гранату закатить — раз плюнуть.

— Резонно. — Бегемот определил несколько «эфок» в свой рюкзак. — Возьмите ещё, на всякий случай, верхнюю одежду и спальники, вдруг придётся встать лагерем. В костюмах можно находиться месяцами, но я бы рекомендовал их иногда снимать.

Так и сделали. Приготовления заняли всё утро, и перед выходом решили заодно перекусить. Но обед прошёл как-то хмуро, в тишине и молчании, без обычных шуток и подколов. Каждый думал о своём, только звенела посуда да клацал зубами Бегемот. Закончив, мы долго, тщательно мыли посуду, затем по третьему разу проверяли снарягу — всё ли на месте, правильно ли развешены запасные магазины (костюм был оборудован кучей внешних подвесов под всякое так плотно, что любая «разгрузка» плакала горючими слезами). Перед выходом я выключил электричество — ощущение было, как будто надолго уезжаешь из дома. Хотя, это, практически, так и было. И всё равно, ощущение было препоганое — с одной стороны, я понимал, что с вероятностью в 99 % мы не вернёмся, а с другой — будто предаёшь старого друга. Этот домик успел стать мне родным… Что ж, всё проходит. Пора.

Уже выйдя, я понял, что меня не покидает чувство незавершённости, как будто я забыл сделать что-то важное. Но что? Не понимаю!