Потому что, если даже Лия — не просто игрушка для меня, то Берта и подавно. До самого отлёта на Кибер я не терял надежды, что однажды мне удастся её оживить, и продолжал время от времени слать сообщения в пустоту её почтового сервера. Присматривал за телом, протирал пыль, отчитывался перед профсоюзом и продлевал больничный лист. И тщательно пресекал любые инсинуации Сифри в адрес Берты, хотя она поначалу и пыталась устраивать мне сцены по поводу нездоровой привязанности к куску железа — и это при «живой» девушке!

И вот я снова вижу её перед собой. В той же стрёмной курточке со следами былых заслуг, с тем же манящим вырезом и дерзким взглядом. С Лией на электрическом поводке, закованной в настоящие магнитные кандалы, как опасная преступница.

А я снова в луже — на этот раз чайной — обалделый и лишившийся дара речи. Что могло испортить это чудесное воссоединение?

Только голос Сифри, слетевший с этих манящих, совсем как настоящих, губ:

— Это не Берта, глупыш, а я! Сифри! Ловкий ход, скажи?

А жаль.

Ох, как жаль. Жаль — что в пистолете вместо батареи — вода.

Жаль, что искина нельзя убить оружием.

Жаль, что я так и не освоил нейролингву.

И жаль, что даже это не помогло бы мне надрать Сифри её виртуальный зад в той степени, которую она заслужила этим своим ловким ходом!

— Что. Ты. Сделала?! — отчеканил я, зверея с каждой секундой.

Сифри на миг смутилась, затем улыбнулась ещё шире:

— Не то, о чём ты подумал, сладкий. Не переживай, малышка Берта в целости и сохранности. Я не влезала к ней в память и ничего не устанавливала. Я напечатала новый переносной модуль и спрятала его под корпусом… Ты знал, что у Берты есть..?

— Знал! Показывай!

— Ну надо же, какой недоверчивый, — хихикнула Сифри и отпустила поводок. Лия мгновенно сбросила кандалы и подбежала ко мне. Я мягко обнял наложницу и отстранил, не сводя глаз с «Берты».

Из-за ширмы выглянула Люси и с интересом наблюдала за происходящим.

Грациозно цокая башмаками с титановыми вставками, Берта прошла к центру комнаты, игриво повиливая всеми вилябельными частями тела и явно наслаждаясь тактильными ощущениями. Будучи голографической проекцией, Сифри обычно довольствовалась программной симуляцией внешних раздражителей. Но утверждала, что ощущения не те, как через презерватив. Теперь, наконец, она могла до всего дотронуться, понюхать, попробовать на вкус.

Аккуратно сдвинув с края стола лавочный скарб, Сифри усадила на него тело, закинув ногу на ногу и, продолжая игриво улыбаться, стала расстёгивать жилетку снизу вверх.

Нанобот с Циклопом вытаращили глаза. Даже Зоркий глаз торопливо засопел, оставшись, однако, недвижим. Я следил за каждым движением шустрых пальчиков. Одна, две, три пуговицы. Стойкое чувство дежавю. Разочарованный стон Нанобота на не расстёгнутой критической пуговице. Руки скользят по гладкому животу, подцепляют едва заметный шов на талии и задирают кожную прослойку кверху. Открывается потайной отсек.