Но настоящим сюром было то, что в какой-то момент Люси поймала дзен и смогла воспроизвести свой «настоящий» голос и болтала так минут двадцать. Закрыв глаза, можно было представить на месте полковника Закиро хорошенькую девицу, пусть и отсталую от современных трендов. В салоне корабля ещё витали остатки опиумной отдушки, поэтому у меня вполне вышло сие визуализировать. Воображение так разыгралось, что в какой-то момент я представил эту виртуальную Люси обнажённой. А заодно и Лию. А до кучи ещё и Берту где-нибудь рядышком. Любопытная такая фантазия, на грани сна и яви. Я даже её сохранил.

И тут вдруг слышу над ухом возмущённо-испуганный крик полковника Закиро:

— Майкл, у тебя что, стояк?!

Я подорвался в кресле. Вся кровь из организма мигом перетекла в полыхающую задницу.

— Что такое? — произнёс я, фальшиво зевая и потирая глаза.

— У тебя штаны вздулись! — заявила Люси.

Грозный интендант Кибера на страже целомудрия и приличий. И почему девушки всегда возмущаются, когда замечают подобное? В конце концов, почему данный жест не может быть расценён как комплимент? Хей, детка, ты такая горячая, что я весь дымлю! Ну и что, что мы в забитой людьми аудитории посреди лекции по экономике? Зачем сразу по морде-то бить? Или это в них играет ревность на почве неуверенности в себе? Вдруг это не на неё встал? Не поймёшь этих девок.

Включать ловеласа было трудно по двум причинам. Первая сидела слева от Люси, с хищными зубами и мощными копытами. Я отчётливо помнил, как хрустят яйца Циклопа. Вдруг тоже заревнует. Мне хватило той сцены, которую устроила Сифри из-за секретарши, которую уже забыл, как звали. Вторая причина — какой бы ни был милый голосок у Люси, снаружи она оставалась самцом в расцвете лет. Если у тебя встаёт на такое, то ты, очевидно, гей. А с геями у Люси не задалось. Не мне её винить, это личный выбор каждого. В общем, я прикинулся невинной овечкой:

— Не понимаю, о чём ты. Я спал…

— Интересно, что тебе такое снилось? — с подозрением спросила Люси.

— А мне интересно, зачем ты пялилась на мою промежность, пока я сплю? — выкатил я контраргумент.

Лицо полковника залилось краской. Лия хихикнула, а я, воспользовавшись преимуществом, обиженно пересел к окну, демонстративно отвернулся и сделал вид, что сплю. Впоследствии никто из нас не упоминал об этом инциденте, и только Лия загадочно улыбалась, поглядывая на нас с Люси.

В остальном полёт прошёл спокойно и в целом монотонно. Сиди себе, равномерно уничтожай паёк, поддерживай (нет!) разговоры или отсыпайся. Мозг тупел от безделья, тело сделалось ленивым и рыхлым. Последний визит в качалку остался в дремучем прошлом. Поэтому, когда бесконечный полёт подошёл к концу, я был даже этому рад. Потому что, если бы мою жизнь экранизировали в виде сериала, то эта поездка точно была бы филером. Ненавижу филеры.