— Состояние полковника Закиро нормализовалось?

— Вполне.

— Повлиял ли на это контакт с неуглеродной, негуманоидной, альтернативно-развитой формой жизни, известной как объект HEIS-T/90.200.08?

Это был серьёзный вопрос. Репортёры повскакивали со своих мест. Отдельные смельчаки пробирались по проходу к заграждению чтобы видеть и слышать как можно лучше. Работали все каналы связи. Инфополе Кибера превратилось в сплошной воспалённый пузырь, готовый взорваться в любую секунду. Даже в клановой ложе пробежала лёгкая рябь волнения. Заскрипели старые кресла. Официальные задницы в дорогих штанах нервно заелозили.

— Исключено! — произнёс я. — Всё разрешилось посредством глубоких сакральных шаманских практик и катализатора в виде кибернита. Присутствие на астероиде колоссов в этот самый момент — не более чем совпадение и не входило в планы. Мы даже не знали, что столкнёмся с ними в процессе.

— И, тем не менее, их представитель выбрал вас в качестве посланника?

— Выходит так.

— Мистер Сабаи, скажите, нам угрожает опасность? — выкрикнул кто-то из зала и через барьер перевесилась длинная рукоять микрофона.

— Тишина в зале суда! Убрать нарушителей, — громыхнул судья. Охрана оперативно расчистила проходы, репортёров вытолкали на свои места, а тех особо наглых смельчаков — сразу за дверь.

Когда порядок был восстановлен, Сверхразум изрёк:

— Данные не полны, приведите следующего подозреваемого.

Настала очередь Лии. Я вернулся за решётку. Лоуренс шепнул одобрительно:

— Молодцом. Чисто сработал, Телепат.

— Да всё уже, я больше не телепат. Эффект временный был.

— Ну и что мне теперь, новую кличку придумывать? — Циклоп пожал плечами. — Донашивай пока эту.

Поскольку чип Лии был открыт всеми портами, её допрос прошёл быстро и на ментальном уровне. Но потом началась свистопляска со свидетелями.

Судя по всему, расследование данного инцидента велось впопыхах, и не успели опросить всех, кого следовало, заранее, поэтому весь сектор свидетелей был поочерёдно, с кучей повторов и уточнений опрошен, исключая полковника Закиро. Того наверняка исколесили вдоль и поперёк ещё накануне. В числе первых свидетелей был Далтон. По логике он тянул на потерпевшего, о чём сигнализировал его зеленеющий фонарь под левым глазом. Развалившись в кресле с лицом победителя, Френсис в красках описал, как хрупкая девица с хвостом разделала его под орех в собственном кабинете, а после скрылась, прихватив арестованных. На этом его рассказ и кончился. Сверхразум напомнил Далтону, что показания, данные в состоянии алкогольного опьянения или похмелья, могут быть неверно трактованы и потому не имеют юридической силы.