Зверь встаёт на задние лапы и приветливо машет хвостом. Выглядит немного потрёпанно: сбоку не хватает приличного куска шерсти, а носик кровит.

— Иди ко мне, малыш! — присаживаюсь на корточки, приманивая животное.

Немедля, прыжками подскакивает к нам и крутится возле ног, продолжая вилять пушистым хвостом. Присцилла наклоняется, чтобы погладить черную шкурку.

— Не думала, что еще увижу тебя.

Янтарь фыркает, потом отбегает, озираясь по сторонам. Уставляется желтыми глазами в пустоту и, приподнявшись на лапках, чего-то ждёт. Хвост плавно качается, а зверь наклоняет голову, прижимая уши.

— Чего это он? — Марго опасливо отступает подальше. — Чувствует что-то?

Мне тоже не нравится.

— Не будем ждать, чтобы узнать, — вальтером указываю на выход с этажа. — Крис, куда дальше?

— Сюда, — толкнув дверь ногой, выводит к узкому проходу, соединяющему основную часть с техническим отсеком. — Фу, как воняет!

Запах действительно мерзкий, словно что-то протухло на солнце. Демонстративно зажимаю нос и изображаю рвотные позывы. Цилла хихикает, вливаясь в пантомиму, и дурашливо копирует удушение. Фобос шикает на нас.

— Совсем уже, — крутит пальцем у виска.

Показываю язык. Внутри шевелится отвратительное чувство вины за каждую позитивную эмоцию, что испытываю. Улыбка затухает, и я нервно выдыхаю, сдерживая приступ очередной истерики. Весь спектр эмоций возведен до предела, и мне либо чертовски весело, либо дьявольски паршиво. Адекватная середина отсутствует напрочь.

На техническом этаже подозрительно тихо. Переступая через останки рабочих у двери, пробираемся к грузовому лифту на цыпочках. Янтарь суетливо скачет, то отбегая, то возвращаясь. Хвост и уши поджаты, а нос беспрестанно изучает запахи. Интересно, какой путь выбрал Кайс? Может, идём по его следу?

— Ты нормально? — вопрос прилетает неожиданно. Поднимаю глаза на Криса и непонимающе вздергиваю бровью. — Ну, имею в виду, как чувствуешь себя? После лихорадки и все такое, — неопределённо взмахивает ладонью.

— А ты как думаешь?

— Выглядишь сносно.

— Спасибо, Крис, — цокаю, закатив глаза. — Я в порядке.

— Чего хамишь? — обиженно хмурится. — Я же волнуюсь.

— Знаю. Я в порядке, честно.

— Прости за твоего парня. Но семья важнее, ты же понимаешь?