— Ни черта не видно! — восклицает Крис. — Где вы?

— Принимай Кроуфорда, — отзывается Джейс. — Аккуратно, он поломанный.

— Не обзывайся!

Крис вытягивает близнеца на крышу. Тот кряхтит и ухает, словно старый автомобильный движок.

Внизу раздаются ругательства Джейса, затем кабину качает от сильного толчка, и шахта наполняется гулом.

— Поймал! — Крис вытаскивает брата. — Порядок?

— Не то слово, — иронизирует. — Лестница где?

— Слева. — В темноте ориентируюсь неплохо, но не переношу. Беннет всегда журит за то, что мониторы из раза в раз выдают учащенный пульс на испытаниях. — На два часа первая перекладина.

— Принял. — Джейс подбирается к противоположной стене и нащупывает конструкцию. Несколько раз дёргает, проверяя прочность, и заключает: — За неимением лучшего сойдёт. Нужно распределить вес, будем двигаться на расстоянии.

— Я буду первым, — Крис влезает на лестницу. — Марго, давай следом.

Слышу, как девушка, пробубнив под нос, протискивается за братом. Потом Джейс помогает Блю. Подождав, пока друзья поднимутся, Джейс зовёт меня. Нащупываю ладонь брата и нахожу лестницу. Джейс ободряюще сжимает пальцы, замедляя бешено колотящееся сердце. Осторожно ставлю ногу и подтягиваюсь.

— А как Фобос? — взволнованно шепчет Присцилла за спиной. — Он не сможет подняться один.

— Я буду с ним, — ровно, внушая абсолютное спокойствие, отвечает Джейс. — Не думай ни о чем и поднимайся.

Подруга повинуется.

— Опять на ручки возьмёшь? — ехидничает близнец.

— Боюсь, не выйдет. Придется поднапрячь уцелевшие кости, дружище. Я буду страховать снизу. Прямо за тобой.

— Предлагаешь довериться?

— У тебя нет других вариантов, Кроуфорд. Тащи задницу вверх, а я прикрою.

Оглядываюсь назад, хоть это и бесполезно, ничего не видно, лишь слабые очертания силуэтов, выделяющихся на общем фоне черноты. Фобос выругивается, но цепляется за перекладину с уверенным упорством. Они заметно медленнее начинают подъём. Цилла постоянно крутится, шелестя курткой и проверяя, как обстоят дела. Делаю тоже самое.

Руки быстро немеют от холода металла, а мокрая насквозь одежда тянет вниз, но тепло Янтаря согревает шею, не давая заледенеть окончательно. Зверь смиренно сопит на ухо, иногда посвистывая или фыркая.