Снова начало светать.

Мои уже десятки раз повторенные слова, что мы на самом деле едим не друг друга, а лишь двойников, почти не помогали. К этому времени пересилили себя и немного поели только я, Шизоид и Молот. Не с первого раза. Днем первую порцию выблевал каждый. Но ночью кое-как справились.

От жажды слабость обуяла всех, а Косте было особенно хреново, и раз в несколько часов мы давали ему по глотку воды.

Мы почти не разговаривали, так как, наконец, полностью осознали, что нас ждет и какие непростые это будут дни.

— Писец, Ужас, — повернулся ко мне Колян. — Это о таком ты в своих книгах писал?

— Ты утверждал, что читал, — сухие губы с огромным трудом сложились в улыбку.

— Я назвиздел.

— Тогда мы сожрем тебя последним.

— Яр! — окликнул меня Влад с другой стороны плота. — Реально, ты же писатель, скажи что-нибудь вдохновляющее и позитивное!

— Могу сразу две вещи.

— Давай!

— Трудности закаляют характер.

— Херня, не вдохновило! Давай следующую.

— Будет, что внукам рассказать!

— Так и знал, что ты херовый писатель, — выдохнул Колян и рухнул на дно лодки.

+++

Гронш. Личные покои Верховного Владыки империи Гнукур.