Коста помедлил, занеся руку, но не коснулся двери, ведущей в гостевые покои, отведенные для Фу родом Да-архан. Хаади понимающе отступил на шаг назад, привычно давая ему пространство.

Коста размял плечи, сбрасывая напряжение длинного-длинного дня, насмешки, которые ему пришлось проглатывать молча, шутки наследников, куда не включили его, чтобы посмеяться вместе. Потому что смеялись над ним. Усталость, нежелание находиться здесь, тлеющий гнев, всё, что скопилось, чтобы не тащить это в их временный дом.

Господину Фу хватит и так.

Коста сделал несколько широких круговых взмахов руками, и шагнул вперед, но Хаади покачал головой, коснувшись пальцем сначала уголка губ, спрятанных в густой бороде, а потом уголка глаз. Коста кивнул, на миг опустил ресницы, и открыл, натянув на лицо веселую беззаботную улыбку. Глаза вспыхнули непритворной и совершенно искренней радостью — наконец-то этот шекков день закончился, и он сможет обнять подушку.

Шекков. Он даже говорить стал, как «эти».

— Мастер, я — вернулся… Мастер… — Коста постарался, чтобы голос звучал бодро, звонко и даже немного весело.

— Тише, — прошипел змеей Дэй, одновременно бросая купол тишины на приоткрытую дверь мастерской в дальней части покоев. — Можешь не демонстрировать натужно радость, и перестань улыбаться, он спит…

— Спит? Опять? — Коста прошел вперед, отодвинул менталиста, и заглянул внутрь. Он, Хаади и Дэй втроем столпились у двери мастерской, осторожно, чтобы не потревожить купол тишины.

Глава рода Фу спал, полулежа на столе, в коляске. Шея в неудобной позе, один из локтей того и гляди упадет на пол — и тогда Мастер тоже рухнет. Господин сопел, и от его дыхания едва-едва шевелились пергаменты, которым был завален весь стол.

На соседнем столе, на отдельных деревянных подставках,ярко освещенные десятком светляков, кружащихся сверху, стояли три куска непонятного камня, на изучение которых Глава Фу и тратил ночи и дни. Но тратил так, чтобы никто не знал — ему было велено отвечать, что Господин-артефактор проводит стандартную оценку.

Хотя сундук, доверху набитый артефактами, господин Фу оценил за один день «выполнил работу за декаду», ахнул тогда менталист.

— Опять, — шепотом отозвался менталист, хотя через купол господин и так не услышал бы. — Он опять не спал всю ночь почти, и работал весь день.

Чем были так ценны эти серые камни, размером в три его ладони каждый, Коста точно не знал, чтобы тратить на них столько сил. Единственное, что он понял, из скупых пояснений, что в этих камнях старые, очень старые артефакты внутри, но камень не проводит магическую активность, и можно повредить содержимое, если использовать стандартные плетения для анализа. И эти три куска непонятной скалы будут выставлены на ближайшем аукционе. Или не эти три, или похожие. Косте в принципе было все равно, его волновало здоровье Главы.