— Две ментальных тренировки до моего возвращения вместо одной, — прошипел Дэй, поймав в его взгляде отражение последних поверхностных мыслей — слишком яркими они были. — Кольцо использовать нельзя. И наказание за отсутствие контроля. Никогда нельзя расслабляться.

Коста почувствовал, как кровь прилила к щекам, и выполнил насмешливый полупоклон Учителю: «Да, мастер. Слушаюсь, мастер, конечно, мастер». А потом развернулся по направлению в свою залу, и уже на выходе из коридора, в тени, полагая, что менталист не увидит, поднял вверх руку и оттопырил два пальца — исполнив «неприличный жест северной черни».

— Три тренировки, — донеслось ему в спину. — Юный господин становится дерзким, юному господину не помешает дополнительная работа над ментальным контролем… И не съедай все дыни, как вчера! Вернусь, проверю и то, и другое!

* * *

Отъезд из покоев Главы Фу и Дэя Коста пропустил, но караулил, когда вернутся обратно. Глаза слипались, неимоверно хотелось спать, кисточка бесполезно скользила по пергаменту — все что мог и хотел зарисовать за день, он уже зарисовал, но они все не возвращались. Он проделал два ментальных комплекса для «содержания ума в полном покое», который требовал мозгоед, и приступив к третьему — просто уснул.

Что-то звякнуло, когда он совсем задремал за столом, Коста очнулся, услышав привычный звук скрипа колес — вернулись.

Высунув голову в коридор, он увидел менталиста, качнувшему ему головой — «не сейчас», и угрюмого, усталого, совершенно серого Главу Фу, сидящего вполоборота к нему.

— Причина отказа та же?

Нейер покачал головой в ответ на вопрос мозгоеда, и устало уронил подбородок на руки. Коста сделал шаг вперед, но остановился, наткнувшись на гневный предупреждающий взгляд менталиста — «не сейчас, не время, пока исчезни». И Коста шагнул обратно в тень, сжав кулаки, наблюдая, как Глава Фу, Нейер раскачивается в кресле из стороны в сторону.

— Что нам делать, Дэй, я действительно не знаю, что нам делать… Срок истекает…они расторгнут контракт…

— Никаких результатов?

— Никаких. Я не знаю, что в этих шекковых камнях… Я не знаю… Я не знаю… Я не знаю, как спасти клан, Дэй…я…

— Поспите… утром все будет иначе…поспите, господин…

Менталист поймал взгляд Главы, зафиксировал, и через мгновение господин обмяк в кресле, засопев.

— Разве это не нарушение клятвы? Вмешательство? — Пропыхтел Коста тихо, вспотев от напряжения, пока они вдвоем не разместили главу в спальне, не сняли обувь и не укрыли легким невесомым покрывалом. Привычно, как и все дни до.

— Нет, юный господин. В случае, если есть угроза здоровью господина, я имею право использовать дар. Это приказ старого господина — о нем знает только госпожа Эло. Сейчас угроза здоровью непосредственная — господин Нейер слишком много сил потратил на эти… камни, — выплюнул менталист презрительно.