– Таби!!! — Рис поймал падающую дочь у самого пола, и прижал к себе, укачивая. — Таби, Таби, Таби, Таби… тише, кьери, тише…тише звездочка моя… папа рядом… спи…тише…

Всхлипы стихли. Влажные ресницы слиплись, на щеках Таби блестели мокрые дорожки, маленький нос усыпан точечками веснушек… — Ей нельзя! Ей ещё рано! Она маленькая! — Рис подлетел к решетке, бросившись. — Она как Мэй–Мэй! Как Мэй–эр! Ребенок! Это сломает её!

…

…

– Ты убил Алишу, Вэйлиент, — прошипел Рис. — Убил мою Алишу.

– Не я, — голос Блау был так же холоден. — Убили те, кто пронес шлемник на Совет. Пострадали почти все кланы….

– Кланы, кланы, кланы… Моя жена умерла! Я просил не брать её! Я умолял!

– Сейчас я бы сделал тоже самое. Женщины — импульсивны и бесполезны. Клан без менталиста — легкая добыча. Алиша… — Блау сделал длинный выдох. — Была хорошим вассалом в отличие от тебя. И умерла на благо клана.

– Будь ты проклят, — прошипел Рис.

– Уже, — Блау равнодушно пожал плечами. — Клан должен выжить. Если для этого мне нужно сломать тебя, и поставить ещё две печати — я сделаю это. Если мне придется продать твою дочь, я сделаю это. Если… мне придется принести в жертву своего отца, я сделаю это. Клан должен выжить.

– Ты не посмеешь… не посмеешь продать Таби!