— Кстати о времени, — голос Александра приобрел деловой тон. Он посмотрел на часы. — Обед заканчивается.

Сергей подошел к окну и легонько отодвинул занавеску.

— Народу навалом, — произнес он. — Очередь до горизонта.

— Ну, а что ты хотел, — пожал плечами Жора. — Армия теперь единственное место, где пожрать дадут да оденут.

— Да, и думать о пиздеце вокруг не надо, — добавил Сергей. — Чему надо — научат, что делать — покажут. Оплот спокойствия и надежности, что ни говори.

— Только повоюй насмерть, — хмыкнул Александр.

— Лан, хватит трындеть, — поморщился Жора. — А то суточную норму не наберем. Кот, запускай давай.

Сергей молча поправил лямку Ак-74, подошел к двери и открыл её. В помещение ворвался гомон людей.

— По двое заходим, — произнес он.

Тут же вошли два молодых парня лет двадцати. По жесту Кота они прошли в кабинет, где уселись на стулья перед письменными столами.

— Паспорт давай, — негромко потребовал Александр.

Началась стандартная процедура записи личных данных. Жора работал с одним добровольцем, его товарищ — с другим. В это время добровольцы были предоставлены сами себе. Они то и дело поглядывали на молодцеватого Кота. Сильный и уверенный, прикинутый в крутой обвес, он представлял из себя все то, к чему стремились эти парни.

Ушла эпоха жажды денег, известности и праздной жизни. На пьедестале первое место заняла личная сила. Хорошо это было или плохо, никого не спрашивали. Такова была новая реальность.

— Извините, — робко произнес один, обращаясь к Коту. — Нам говорили, что дадут сверхспособности…

Он замолчал, не решаясь требовать. Кот же в ответ усмехнулся.

— Ишь ты, резвый какой, — произнес он. — Нормально себя покажешь, будут тебе способности.

— Так, все, — кивнул Жора, закончив оформление. — Берете эти бумаги и выходите во двор. Машины видел, где стоят?

Оба парня кивнули.

— Вас привезут в пункт сбора, — продолжил Жора. Увидев голодный блеск в глазах, он все же смилостивился. — Там накормят и оденут. Все будет, в общем.

Едва вышли эти ребята, как зашли новые, и процедура повторилась. Работа шла споро, за час на воинский учет приняли полтора десятка человек.